— А зря!.. Я уже вторую неделю здесь! — закрывая за собой дверь, сказал он. — И знаешь, почему не приходил?.. Потому что хочу тебя убить, суку!
— Не надо! — От волнения голос у Галки дрожал, срываясь на хрип.
Но никакой жалости к ней. Свинец с удовольствием всадил бы ей нож в горло. Но нельзя. Мент и женщина — два синонима к слову «коварство». Свинец даже нож не взял, потому как Колодин мог появиться в любой момент.
— Или я приходил?
— Н-нет… — мотнула она головой, думая совсем о другом.
— Сегодня мент ко мне подходил, сказал, что муженька твоего грохнули. Это правда?
— Правда.
— Ты сказала, что это я?
— Н-не говорила… — Галка вжалась спиной в дверной косяк и вздрогнула так, как будто ее ножом между лопаток пощекотали.
— А почему они на меня думают?
Свинец подошел к ней и приставил два пальца к животу. Почувствовал, как напряглись мышцы.
— Не знаю… Колька Геннадьев Егора убил!
— Колька?
— У него жена умерла, он совсем спился, деньги на водку нужны были, а Егор давать не хотел. Раньше давал…
— Надо же, и у меня жена всем давала. А потом умерла. Для меня… Или вообще?
— Для тебя! — кивнула она.
— А вообще умереть не хочешь? — хищно усмехнулся Свинец.
— Я не хотела! — Галка поднялась на цыпочки так, как будто он, взяв ее за горло, потянул вверх.
— Умирать?
— Замуж за Егора!.. Он меня заставил!
— И развестись заставил?
— И развестись!
— Где мои деньги?
— Какие деньги?
Свинец зашел на кухню, привел в действие подоконник, сдвинув его в сторону.
Рабочих в свое время попросил, которые ремонт в квартире делали, — тайник появился благодаря им, Галка ничего о них не знала.
Десять штук зеленью здесь хранилось, деньги не самые большие, Свинец мог бы обойтись и без них. И надо было сунуться!
— Что это? — удивленно спросила Галка.
— Что это?! Денег нет, вот что это?
— Я не брала!
— Может, я взял?
— Ты?
— Свое забрал. Или твое?
— Свое! — покорно кивнула Галка.
— Замо́к ты так и не сменила… Меня ждала?
— А-а… Ну в каком-то смысле, — неловко согласилась она.
— Не ждала ты меня. И не звала. Я сам пришел. За своими деньгами… Ты меня понимаешь?
— Не очень.
— Если менты спросят, скажешь, что я приходил, деньги свои забрал. За день до того, как мужа твоего позорного убили. Ты меня понимаешь?
— Ну-у…
— Пришел, трахнул тебя, забрал деньги, а потом ушел. Теперь понимаешь?.. Пальчики мог здесь оставить, все такое…
— А ты приходил?
— До того, как Егора твоего грохнули… Я и сейчас тебя трахну!
Свинец дернул за узелок, пояс развязался, полы халата разошлись, но Галка снова запахнула его. И опустилась на пол, сжавшись в калачик.
— Что это? — зло спросил он.
— Приходил, трахнул, забрал деньги!.. А сейчас не надо! Не буду я с тобой!
— Уверена?! — удивленно повел бровью Свинец.
Он сходил на кухню, взял разделочный нож, взял Галку на испуг. Но на секс раскрутить так и не смог. Так и не вышла она из позы эмбриона, не раздвинула ноги. А силой он брать ее не стал. А вдруг менты уже рядом?
— Я все сделаю, все! Только не трогай меня! — твердила она.
Так он и ушел, заинтригованный сговорчивостью, но не податливостью своей бывшей жены. Может, не такая уж она и шлюха… Тем более должна сдохнуть!
Одна собака что-то почуяла, обнюхивая Свинца, а другая даже носом не повела. Колодин с надеждой глянул на эксперта, но тот лишь пожал плечами. Увы, тест хоть и частично, но провален. Не примет суд результаты экспертизы.
— Не понимаю, чего вы хотели? — с восторгом глядя на загрустившего пса, усмехнулся Свинец. — Как будто я не мог навестить свою бывшую жену? Мог. И навещал. Спросите у нее.
— Спросим, даже не сомневайся! — пообещал Шмелев, разочарованно глядя на Макса.
— И запах мог оставить, и пальчики, и все такое… Вы же не потащите ее к гинекологу?
— Не потащим.
— А то я адвокатов на вас натравлю. И прокурора!.. Это правда, что ты пацана по беспределу подстрелил? — Свинец ликующе глянул на Колодина.
— Свободен!
— Мусор! — сощурившись, агрессивно сказал Свинец. Почуял свою безнаказанность, осмелел.
— Что?! — разозлился Макс.
— Мусор! И что ты мне сделаешь?
— Закрою на пятнадцать суток! — пригрозил Шмелев.
Свинец с усмешкой вскинул руки, давая понять, что напугать его не удалось, но и на рожон лезть ему не с руки. Тем более что гражданин Чаплыгин так и не нашелся, и не трудно понять, кого подозревают в его исчезновении.
Объяснения по Чаплыгину Свинцов уже дал. И даже признался, что ночевал у него, но исключительно в присутствии хозяина дома. И вчера видел Чаплыгина, и сегодня, даже просил его прибыть в полицию. Врал Свинцов, нагло врал, но доказательствами его вины розыск не располагал, а без этого Шмелев не решался обострять ситуацию. А Макс тем более.
— Что скажешь, капитан? — спросил Шмелев, когда за Свинцовым закрылась дверь.
— А что я могу сказать без доказательств?
— Работать надо, будут доказательства!
— Ставьте задачу! Отработать Кашканову, отработать охрану клуба, отработать Чаплыгину. Опрошу, прослежу, если будет санкция.
— Санкция? — задумался Шмелев.
— Все должно быть в рамках закона! — Колодин смотрел ему прямо в глаза.
Никакой самодеятельности, никаких злоупотреблений и превышений полномочий.
