Свинец заканчивал курить, Витязь закручивал последнюю гайку, и вдруг менты. Шли тихо, Свинец учуял их в самый последний момент. Оба в форме, один сержант, другой с капитанскими погонами.
— Стоять! — крикнул сержант.
Совсем еще мальчишка, кожа нежная, глаза светлые, не затемненные грешными страстями. Паренек еще только собирался задерживать особо опасных преступников, но уже гордился собой и ничуть не верил в свою собственную смерть. Она и сейчас казалась ему такой далекой. Ему бы сразу нажать на спусковой крючок, а он стоит, смотрит, глазами хлопает. Вдруг Свинец вскинет руки, а он, такой непослушный и особо опасный, взял да выстрелил. И одна пуля попала сержанту в грудь, и другая, сердце остановилось практически мгновенно.
И Санек не зевал, с трех выстрелов снял подоспевшего капитана. А третьим в этом строю оказался целый полковник. Этот без оружия, зато китель с иголочки, а сидит просто идеально. И лысина на солнце весело блестит. Перед смертью.
Свинец вышел на него, направил пистолет, полковник икнул, подался назад, но поскользнулся на траве, сел на задницу. Три звезды на погонах, шитые золотом, тянулись друг к дружке, собираясь слиться в одну генеральскую, но не судьба.
— Ты кто? — спокойно спросил Свинец.
— Э-э… Полковник Симеонов… Начальник ГУВД!
— Это тебя не спасет, полковник!.. — усмехнулся Свинец, шевельнув пальцем на спусковом крючке.
Он, конечно, молодец, этот полковник Симеонов, рванул на место убийства своего криминального босса, по пути узнал про «Хаммер», непонятно, как узнал, где находится машина, может, случайно, может, кто-то подсказал. Узнал, но не испугался, пошел на танк, не дожидаясь подкрепления. Только слишком уж сильно лоханулся.
— Не надо! — От страха на Симеонова напала икота.
— Что не надо? — удивленно повел бровью Свинец.
— Сейчас здесь будет вся полиция города!
— Тем более поторопимся!
— Не надо! — голос трусливо сорвался на визг.
— А пожалуйста?
— Пожалуйста!
— Не так!
Свинец понимал, что менты могут появиться в любой момент, но этого придурка им послала сама фортуна, как не принять такой подарок? Принять, оформить.
Он глянул на Витязя, велел взять камеру из машины и навести на жертву.
— Пожалуйста, не убивайте меня, господин пахан! Я буду послушным мальчиком и сделаю для вас, все что захотите! — насмехаясь над полковником, продиктовал Свинец и заставил Симеонова повторить все это на камеру.
— И какой же ты после этого полковник?.. — выслушав этого мозгляка, презрительно сплюнул Свинец.
Симеонов чуть не заплакал, осознав весь ужас ситуации. Фактически Свинец завербовал его.
— Даже дружить с тобой не хочу!.. Но пользоваться буду! И только попробуй соскочить! Уничтожу! Сначала морально!.. Пошел!
Симеонов закивал, поднялся с земли, медленно, стараясь не делать резких движений, пошел к дороге.
— Стоять! — засмеялся Свинец.
Полковник дернулся и застыл, как будто наступил на мину. Один только шаг, и все. Но мины под ним не было, Свинец спокойно подошел к нему, взял за руку и вложил в нее пистолет, из которого завалил мента. Даже объяснять ничего не надо, Симеонов и без того все прекрасно понимал.
— А теперь пошел!
Трупы ментов забросили в машину, дворами потихонечку выбрались на окраину города, а затем и вовсе покинули пределы Новохолмска. Уходили с богатой добычей. Свинец чувствовал себя если не богом, то как минимум царем.
При ранении в грудь пуля лишь в десяти процентах случаев проходит через какие-то там синусы, не задевая легкие. Макс вроде бы и попал в число таких счастливчиков, легкие как бы не пострадали, но ведь он помнил, как терял сознание от нехватки воздуха. Не хотели легкие качать кислород, он запросто мог умереть, хорошо «скорая» вовремя приехала.
Пулю вытащили, рану зашили, дышать тяжеловато, но жить можно. И с рукой та же история, серьезную операцию делали, не только пулю, но и осколки кости вытаскивали. И все-таки Максу повезло, и сам он мог погибнуть, и Зою не спасти.
А Зоя рядом, сидит в изголовье, держит его за руку, такое ощущение, что сознание тут же угаснет, стоит ей уйти.
— Давай рассказывай, — тихо и обессиленно сказал он.
— Тсс! — Зоя мотнула головой, приложив палец к губам. — Нельзя тебе говорить!.. Хочешь, чтобы меня за дверь выставили?
— Я буду молчать, а ты говори.
— И мне говорить нельзя… Ну, если только шепотом…
— Как они в машину… К тебе?.. — проглатывая слова, спросил он.
— Тсс!
Макс в ответ горько усмехнулся, он и сам уже не мог больше говорить.
— Таис мне позвонила, сказала, чтобы я приехала, сажусь в машину, а там сзади кто-то. Пистолет у него был, так больно в бок вжал, там такой синяк сейчас. И на шее… — говорила и показывала Зоя. — Но синяк уже потом появился, когда они меня скотчем привязали… Следователь какой-то не в себе попался, может, говорит, я с налетчиками заодно была, в сговоре? Не была я в сговоре! — голос у Зои задрожал от обиды. — Забрались ко мне в машину… А следователь думает, что я предала Федора Валерьевича… И его люди будут думать так же…
Увы, бандиты Градуса могли отыграться на Зое. Свинец им не по зубам, а оторваться на ком-то нужно.
