…Сегодня показывали первый акт «Грозы». Ну и была гроза. Во-первых (мне везет!), присутствовали пятнадцать человек чешской молодежной делегации. Ставить дальше «Грозу» будем. Но то, что показывали, почти все неверно, тем не менее Сергею Аполлинариевичу затея нравится. А Тамара Федоровна вызвалась работать с «Грозой». Теперь: меня снимали для доски почета. Сегодня был опять огромный разговор относительно «Молодой гвардии»…
…Праздники провели очень хорошо. Первого был исключительный день – тепло, жарко даже, солнечный, то есть по заказу не выдумаешь. Пошли на демонстрацию. К трем часам дня мы попали на Красную площадь. Народу!!! Уйма!!! И вот подходим к трибуне, Иосиф Виссарионович стоит. Мы чуть не лопнули от радости. Подходим совсем близко. Тут получилось так, что от знамен место расчистилось и перед нами только трибуна. В этот момент один из наших ребят схватил (по уговору) меня и поднял высоко-высоко, я коленками у него на плече была. А на мне с огромными полями Кати Деревщиковой шляпа, я ее сразу сорвала, замахала, и… сам Сталин мне замахал и несколько человек, в том числе Рокоссовский!!! О как!!! И, главное, это мне не показалось, а все это заметили, и так проехала мимо трибуны в диком восторге!!!
Когда в 1953 году Сталин умер, меня попросили пойти на его похороны. Я тогда работала в Театре киноактера. Когда это случилось, очень хорошо помню, многие наши актрисы сидели на лестнице и рыдали. Я не рыдала, но знала точно, что должна его проводить. Мне даже было его жалко: закончилась эпоха, а это наша история, молодость. Говорят, люди в то время испытывали страх. Я не испытывала. Было ощущение, что нужно что-то исправить, изменить в лучшую сторону. И мне хотелось чем-то помочь.
В тот день мы с Сережей Бондарчуком чуть не погибли. Пошли провожать Сталина и не ожидали, что будут такие толпы. Нас буквально сдвинули к железной решетке, и нам пришлось на нее взобраться. Мы видели, как человека сбили с ног, он потерял калоши. Только потом стало известно, что было много погибших. Почему-то были открыты колодезные люки, и туда упало много людей. Многих просто раздавили. Вот так уходил вождь народов.
…Недавно приехала из института, репетировали «Кармен». Завтра показываем. Идет такая сейчас напряженная работа!!! Дома бываю только с двенадцати часов ночи (в лучшем случае) до восьми часов утра. Остальное время в институте. Боюсь завтрашнего дня страшно! В тот понедельник было мастерство. И Сергей Аполлинариевич дал такую нахлобучку всем, жуть!!! За то, что не показывали в тот раз ничего, так эту неделю ночами репетировали. Завтра должны показываться сразу три отрывка. Теперь, послезавтра – день рождения Сергея Аполлинариевича, и мы решили подарить ему альбом с фотографиями всего курса…
…Я Вам, кажется, писала, что нам выдали выпущенные сигнальные экземпляры «Молодой гвардии»? Так вот, у меня стоит чудесная эта книга.
В Москве жара!!!
…Позавчера получила тысячу рублей от Вас. Спасибо большое, но как-то Вы остались? Вы себя-то там кормите ли? Ой, как трудно все это!
Да, в картине я, наверное, буду играть Валю Борц. Сергей Аполлинариевич говорит, что я похожа на нее, интересно, как сценарий написан будет. А Вам нравится она? Но это все на будущий год. Самое интересное, что Валя Борц жива и сейчас в Москве.
Когда я впервые прочла «Молодую гвардию», мне захотелось играть все роли, начиная от бабушки Веры и кончая Радиком Юркиным. Что потрясло меня? Все. И люди, и то, что написано о них с такой чистотой, искренностью. Начиная с лилии, которую рассматривает Уля, до самых смелых, дерзких поступков Любки, Сережки Тюленина. Какая чудесная, верная Клава, Валя Борц, Уля… Нет, Уля не для меня! Она внешне совсем другая, а вот Любка… Любка-артистка. У Фадеева краснодонские девчата все такие тоненькие, стройные. А какая я? Я точно того не знала. Правда, Тамара Федоровна однажды сказала мне: «Ты хорошо сложена…» Но внутренне я себя ощущала всегда по-разному.
Да, Любка! Ведь Любке надо танцевать, а я так люблю танцевать, я ведь умею… Хотя бы на сцене сыграть. А монолог в тюрьме. Любка такая разная… Нет, только Любка!
И вроде бы уже наметили другую исполнительницу. Что же делать?
После очередного прогона сцен из «Идиота» Сергей Аполлинариевич сказал: «Ты должна научиться закреплять свои удачи, это важно. А то будешь мне играть на репетиции, а перед камерой?» Я тогда подумала: о чем же он говорит? О какой роли?
А в журнале «Смена» уже появились фотографии с предполагаемыми исполнителями главных ролей в «Молодой гвардии». Меня среди них не было.
Однажды Сергей Аполлинариевич упомянул, что в сценарии отлично получается сцена расставания Сережки Тюленина и Вали Борц. Так, значит Валя Борц. Это хорошо. Но Любка…
И я долго жила в этом смятении, в сомнениях и в надежде.
