– Пока здесь. В Афганистане. Та же агентурно – оперативная деятельность, но с уклоном на проведение специальных операций. Перед этим трехмесячная подготовка в Москве.
«А почему нет?» возникла в голове мысль. «Предложение будь здоров. К тому же увижу Марину».
– Согласен, товарищ полковник – сказал вслух.
– Ну, вот и отлично, – откинулся тот на спинку кресла. – Другого не ожидал. Сегодня же возвращайтесь к себе, я организую приказ, о времени вылета в Москву вам сообщат. Там следует прибыть на объект «Балашиха» к майору Рябинину. Он все объяснит более подробно. Вопросы?
– Не имею, товарищ полковник, – встал со своего места лейтенант.
– В таком случае не задерживаю, – тоже поднялся Васнецов, пожав на прощание руку.
Этим же днем, ближе к вечеру, аналогичным образом, Пчелинцев вернулся назад. Новость о его переводе начальник воспринял как должное, сообщив, что ему звонили из кадров, а потом сказал, – твоей службой у меня Александр я доволен, жаль, дальше не судьба. Так что передавай дела Яковлеву.
Когда сообщил об этом капитану, он округлил глаза «почему мне?»
– Указание начальника.
Тот пошел разбираться.
Вернулся красный как рак, пробурчав, – давай приступим.
Спустя еще двое суток в отдел поступила шифрограмма о переводе Пчелинцева к новому месту службы, подписанная одним из заместителей председателей КГБ СССР. Лишних вопросов по этому поводу никто не задавал, в контрразведке было такое правило.
На прощание Александр устроил «отвальную», вечером выпили с коллегами несколько бутылок «Столичной», а начальник вручил сувенир – фирменную зажигалку «Зиппо» с гравировкой «На память о совместной службе».
Далее был перелет военно-транспортным бортом из Кабула в Москву, ровно в полдень самолет приземлился в подмосковном Чкаловске. Сойдя по аппарели на бетон, Александр с удовольствием вздохнул весенний воздух, поправил спортивную сумку на плече и с чемоданом в руке направился к КПП.
Миновав его, вышел на остановку, чуть позже добрался на подошедшем «ЛиАЗе» в город. На конечной остановке вышел, прошел на местный вокзал, взял в кассе билет на электричку до Москвы. Вскоре с гулом прибыл состав, остановившийся на перроне. С шипением открылись двери, вошел.
Пассажиров было немного, уселся на свободную скамейку, стал смотреть в окно. За ним мелькали в первой зелени леса с рощами, над ними нежарко светило солнце. Наполняя сердце радостью и покоем. Такого не было давно.
На очередной короткой остановке в вагон вошла компания ребят и девушек в ветровках и с рюкзаками, расположилась рядом. Один, бородатый и в очках, стал перебирать струны гитары
Надоело говорить и спорить,
И любить усталые глаза…
В флибустьерском дальнем синем, море
Бригантина подымает паруса…
запел хрипловатым голосом. Эту песню Александр слышал впервые, перевел на музыканта глаза.
Капитан, обветренный, как скалы,
Вышел в море, не дождавшись нас…
На прощанье подымай бокалы
Золотого терпкого вина…
продолжил бородач.
Когда отзвучал последний куплет, спросил его через скамейку, – что за песня, парень? Кто написал?
– Поэт Павел Коган, – отложил в сторону гитару. – Еще в тридцатых годах.
– Душевная. Теперь буду знать.
Спустя час электричка прибыла на Ярославский вокзал. Прихватив вещи, Пчелинцев вышел на людную платформу. Оттуда проследовал к стоянке такси на площади и выехал в Балашиху.
У знакомого КПП за зеленым забором расплатился, вошел внутрь. Там предъявил прапорщику охраны документы, тот внимательно прочел. Вышел на территорию. Как и раньше по виду она была пустынной (стеной высился бор), направился по дорожке, а потом аллее, в сторону административных корпусов.
Поднявшись на ступени главного, открыл стеклянную дверь, представился дежурному офицеру внизу, сообщив, что прибыл к майору Рябинину. Капитан снова проверил документы и вернул.
– Вам этажом выше. Кабинет номер восемнадцать. А вещи можете оставить здесь, – кивнул на гардеробную.
– Спасибо, – отнес туда чемодан с сумкой и поднялся по лестничному пролету наверх.
Рябинин оказался низкорослым крепышом за тридцать, в полевом камуфляже с майорскими погонами и тельняшкой под курткой. Назвался командиром группы спецподразделения «Каскад», где теперь предстояло служить Пчелинцеву.
Затем рассказал, что командует им полковник Савинцев, подразделение находится в Афганистане, а он прибыл в Балашиху для подготовки очередной группы.
– Мы подчиняемся напрямую Москве в лице Первого главного управления КГБ СССР. Основные задачи – помощь афганскому правительству в организации местных органов безопасности, налаживание агентурной сети среди местного населения, планирование и проведение спецопераций против бандформирований моджахедов*. Надеюсь это ясно?
– Ясно, товарищ майор, – кивнул Пчелинцев.
– В таком случае, пока все. Сейчас определим вас на жительство, сегодня можете отдыхать, а завтра приступите к занятиям. Если имеются вопросы, задавайте.
– Вопросов нет, имею просьбу.
– Слушаю.
– У меня в Москве невеста. Разрешите навестить?
– Имеете серьезные намерения? (чуть улыбнулся).
– Так точно.