– Даже не знаю, с чего начать свой ответ. Ты же понимаешь, что у меня выйдет автопортрет?
– Когда еще у тебя будет возможность писать себя с такой удобной натурщицы? – широко улыбнулась Марго.
Рита покачала головой.
– Нет, во мне не достаточно нарциссизма, чтобы рисовать саму себя, – усмехнулась она над подобным предложением.
– Чем сегодня займемся? – не унималась Марго после завтрака.
Самой Марго, как оказалось, не нужно было есть или спать. Но она увлеченно следила за тем, как расправлялась со своим завтраком Маргарита.
– Я не собираюсь тебя развлекать, – невозмутимо ответила Рита. – Слушай, ты же невидимая. Можешь сходить погулять где-нибудь. Никто не заметит, если ты без билета зайдешь в кинотеатр или на какую-нибудь выставку.
Марго надула губы.
– Так неинтересно, – выдала она. – Слушай, ты уверена, что тебе стоит пить таблетки прямо вот так с утра? – Марго провожала взглядом обезболивающее, которое Рита только что поднесла к губам.
– У тебя есть идеи получше? – приподняла брови Рита, и все же запила водой таблетку. – Моя голова раскалывается.
– Да, ты говорила. Ты ходила к врачу?
– Я не хочу к врачу. Вдруг он еще и раздвоение личности обнаружит.
– Я не думаю, что это раздвоение личности, – деловито заметила Марго. – Я же не знаю, о чем думаешь ты, а ты не знаешь, о чем думаю я. Я уже существовала без тебя на Патриарших прудах, и в любой момент могу уйти, если захочу. Мы разные.
– Ты это Тайлеру Дердену скажи, – не впечатлилась ее умозаключениями Рита.
Марго вдруг нахмурилась, и ее лицо приняло сосредоточенное выражение.
– Бойцовский клуб! – через минуту выдала она, довольная тем, что вспомнила отсылку.
Рита усмехнулась и кивнула в знак того, что Марго правильно все поняла.
– Тогда, возможно, я твоя совесть, – торжественно предположила Марго.
Рита одарила ее скептическим взглядом.
– Ладно, моя настоящая совесть все же не позволит сидеть мне весь день дома, когда за окном такая чудесная погода. У меня врожденная слабость перед солнцем. Только я его вижу, как день сразу становится лучше.
Марго в победном жесте подняла руки. Она терпеливо ждала, пока Рита сделала себе легкий макияж, используя тени и тушь, надела шорты, свободную футболку на одно плечо и кеды. Сегодня Рита собрала часть волос в пучок-мальвинку на макушке.
Девушка вспомнила, что у нее закончилась акриловая краска, поэтому первой остановкой был магазин. На автопилоте Рита ходила между полок, высматривая интересующие ее тюбики. Марго же была словно ребенок, который перед Новым годом попал в магазин игрушек, где все мерцает и заряжает волшебством.
Купленные краски отправились в маленький рюкзачок Риты, и дальше девушки пошли гулять, куда глаза глядят. Маргарита с удовольствием подставляла лицо солнцу, хотя все же подумала о том, что как всегда забыла дома солнцезащитные очки. Порой Рита доставала телефон, чтобы делать вид, будто говорит с кем-то на том конце трубки, а не с невидимым человеком. Когда же Рита оглядывалась по сторонам и не видела других прохожих, такие приемы ей были ни к чему. Девушки говорили то об одном, то о другом. Рита рассказала Марго про свою работу и Диму. Она сразу вспомнила парня, с которым Рита появлялась на Патриарших, когда они впервые заметили друг друга.
– Издали я его не рассмотрела, он симпатичный? – спросила Марго.
– В целом, да. Неплох собой, о чем не забывает постоянно напоминать. Хотя у него есть небольшая лопоухость, но она только придает ему шарм, – поделилась Рита. – А что?
– Жаль, – надула губы Марго. – Чем лучше выглядит парень, тем дурнее его характер.
– Что? – рассмеялась Рита. – Что это за логика такая? – она хотела добавить, что призрак вообще вряд ли мог разбираться в парнях, но не стала это делать, дабы не обидеть Марго.
– Если парень хорошо выглядит, то либо он полный придурок, либо он гей. Это простая математика, обычно качества их наружности обратно пропорциональны их внутреннему содержанию. Даже обидно, что часто такая красота пропадает.
– Я не думаю, что так можно говорить про всех, – не согласилась Рита.
– О, нет, так оно и есть. Я бы сказала, что знаю кучу примеров, но, к сожалению, я их не помню. И все же чувствую, что примеры точно где-то хранятся на моей подкорке. Излишнее внимание и даже случайно пойманные взгляды девушек раздувают их и так огромное эго до непосильных размеров, что совсем губит в них всякую приятную личность, даже если где-то глубоко внутри тлел ее ничтожный огонек. Они по умолчанию надменны и знают, что все ими восхищаются, или думают так, даже если это неправда.
– Ого, – усмехнулась Рита. – А ты много об этом размышляла.
