Когда они пришли за нами, мы все еще улыбались.
ВСЕ НАЧАЛОСЬ, КАК В ЛЮБОЙ ДРУГОЙ ДЕНЬ. С восхода солнца.
Оно проникало сквозь занавески, и моя комната в общежитии окрасилась в ярко-желтый, как яичный желток, цвет. Я закрыла глаза, чувствуя, как солнце обжигает мои веки. Но не собиралась снова засыпать. Это уж точно.
Я наблюдала, как с течением времени отсвет медленно двигается по стене. Это действительно невероятно. Как мир может продолжать жить, делать, что и всегда, не предупреждая, что для тебя лично сегодняшний день не будет обычным. Что сегодняшний день будет трудным. Я скинула с себя одеяло, и меня обдало холодным воздухом. До Рождества осталось совсем немного.
И именно в этот день два года назад они забрали его.
Я уже написала друзьям-одногруппникам и Фрэнку, что пропущу первую лекцию. Я считала, что с моими-то оценками мне это сойдет с рук. Мы с Фрэнком поступили в один универ и иногда находили время сходить на «отвратительные» концерты (к большому потрясению Фрэнка) или вместе попотеть над рефератами в библиотеке. В субботу ко мне должна приехать Лиззи, и я заранее сделала все задания, чтобы освободить выходные и должным образом отпраздновать то, что ее позвали писать статьи в студенческую газету.
Я с нетерпением ждала нашей завтрашней встречи. Лиззи до сих пор была ниточкой, связывающей меня с подругами, и я уверена, что услышу последние сплетни про Аманду, Рут и, без сомнения, про нового парня Рут.
Я пропустила завтрак и засунула в рюкзак законченный (надеюсь, превосходный) реферат. Обмотав голову несколько раз вязаным шарфом, я приготовилась к морозной прогулке по кампусу.
Годовщины – это нечто странное. Обведенная в календаре дата, дни до которой ты отсчитываешь либо со страхом, либо с волнением. Чаще всего мы задаемся вопросами «Что будет дальше?», «Кто следующий?», «Что, черт возьми, мне теперь делать?». Но в годовщину ты находишь время, чтобы остановиться и оглянуться, словно смотришь спектакль, в котором играют твое прошлое.
Два года назад, перед расставанием, мы с Ноем написали друг другу письма. Письма, которые они (эти люди неожиданным образом проявили человечность) передали нам. Чтобы в какой-то степени мы всегда могли находиться рядом друг с другом, пока квадратики на календарях зачеркиваются один за другим, неуловимо приближая нас к тому, что ждет впереди.
В студенческом дворике почти никто не сидел, для этого было слишком холодно. Но я радовалась одиночеству. Во-первых, потому, что оно мне было необходимо, а в университете остаться одной практически невозможно. А во-вторых, когда становишься студентом, не слишком-то круто пить бананово-молочный коктейль.
Я присела на холодную скамейку и повернулась лицом к слабому зимнему солнцу. Взяла стакан и подняла его к небу.
– Это за тебя, Ной, – прошептала я небесам. – И за нас.
Я закрыла глаза, желая, ожидая…
И только забеспокоилась, что придумала себе это в прошлом году, на ту ужасную первую годовщину, как это случилось вновь. Откуда ни возьмись подул ветер, потрескивая деревьями, играя моими волосами и посылая мурашки по коже. В воздухе запахло яблоками. И этот аромат окутал меня.
– Я люблю тебя, – сказала я, и солнце вдруг засветило ярче, освещая каждую оголенную ветку дерева, даруя всему, что меня окружало, желтовато-серебристое сияние.
Это делали мы вместе. Я верила в это. Потому что, где бы он ни был, я знала, что в данный момент он смотрел на солнце и думал обо мне.
Вот что я поняла после того ужасного дня. То, что должно произойти, не всегда происходит, особенно если дело касается любви. Счастливый конец можно найти только на полках с фантастикой в книжном магазине. В реальности люди не преследуют своих любимых в аэропорту, чтобы не дать им сесть на самолет. Самый популярный парень школы не влюбляется в заучку. А друзья не влюбляются друг в друга ни с того ни с сего, пока отсчитывают секунды до наступления Нового года, стоя под дождем на верхних этажах Empire State Building.
Мы с Ноем никогда не смогли бы сбежать в закат.
Настоящая любовь не может все исправить. Настоящая любовь не побеждает все. И, что самое важное, настоящая любовь не нуждается в «жили они долго и счастливо», ведь дело совсем не в этом. А в том, что она меняет тебя. Сжигает в пепел твое сердце, которое восстает как феникс, сильнее и прекраснее, чем раньше.
Я сделала еще один глоток и улыбнулась. Я так гордилась собой! И тем, что я здесь, несмотря на ужасное время после расставания, когда я думала, что не смогу больше дышать. Настоящее жизненное испытание – не то, как ты выходишь из положения, когда все складывается в твою пользу, а то, как ты справляешься с преградами, которые могли уничтожить тебя, если бы ты дал слабину.
Я потянулась к рюкзаку, достала свой особый блокнот, и из него выпало письмо. От одного взгляда на почерк Ноя мне захотелось плакать. Я провела пальцами по буквам, которые оставила на бумаге его ручка, и сглотнула ком в горле.
Развернула и вновь прочитала письмо, хоть и знала все слова наизусть.
