Федерер с молодых лет мечтал о долгой карьере и работал в этом направлении. В 25 лет он сказал: «Жаль, что спортивная жизнь в теннисе намного короче, чем, например, в гольфе. Там есть игроки, которые по тридцать лет выступают в туре, и на их памяти сменяется четыре-пять поколений. В теннисе у тебя есть примерно десять лет, а этого едва хватает на два поколения. Прекрасное исключение составляет Агасси. Он застал поколение Макинроя, затем поколение Сампраса и теперь наше». Федерер был рад, что имел возможность играть против Сампраса и Агасси. «Когда мне исполнится тридцать, придет следующее поколение игроков, которые на десять лет моложе меня. Я еще хочу посмотреть, чего они стоят. Поэтому мне надо обязательно доиграть до 2012 года. Тогда олимпийский турнир будет проводиться в Уимблдоне, и о таком сочетании можно только мечтать». В то время он еще и думать не мог, что его карьера окажется намного продолжительнее.
То, что ему удалось в течение такого долгого периода оставаться на вершине и даже в весьма зрелом возрасте выигрывать турниры «Большого шлема», объясняется рядом причин. Точнее всех их определил его тренер по общефизической подготовке Пьер Паганини, сыгравший в этом решающую роль. «На мой взгляд, это просто лучший теннисист, – сказал он мне летом 2018 года, – а в теннисе необязательно в каждом старте демонстрировать максимальную скорость. Здесь необходима скоростная выносливость, а не одноразовая реакция, как у бегуна на 100 метров. Если речь идет о выносливости, то у возрастных групп в спорте границы стираются. Марафонец в 36 лет считается не таким уж старым, а про спринтера в таком возрасте все скажут: “Что он тут еще делает?” К тому же в теннисе важны другие ценности».
Федерера делает таким сильным целый уникальный комплекс качеств – сочетание атлетизма, чувства мяча, таланта, страсти, ума, психологической устойчивости, дара предвидения, дисциплины, координации и самопожертвования. То, что он сумел более двадцати лет оставаться лидером, объясняется еще и его хорошо продуманным и дальновидным стратегическим планированием. Он не по годам рано понял, что жизнь игрока высокого класса должна делиться на тренировочные, соревновательные и восстановительные периоды. В воплощении в жизнь этой периодизации огромная заслуга принадлежит и его команде, а также убежденность самого Федерера, что теннисист не в состоянии 365 дней в году демонстрировать свой полный потенциал и что иногда лучше меньше, да лучше. Временное отступление и отказ от сиюминутных выгод могут принести щедрый урожай.
Когда мы наблюдаем за тем, как Роджер Федерер раздает интервью во время чествования победителя на различных кортах мира, демонстрируя красноречие, знание нескольких языков и юмор, невозможно избавиться от чувства, что перед нами скромный, веселый и довольный жизнью человек, который никого не обидит и которому все в жизни дается легко. Это впечатление подкрепляется многочисленными рекламными роликами, сделанными с выдумкой и юмором, а также фотографиями, где он изображен в повседневной жизни вместе с женой и четырьмя детьми: на прогулке, в магазине, на лыжах.
Федерер не пытается создавать себе имидж и казаться тем, кем не является на самом деле. Он, словно расшалившийся подросток, бьет по воображаемому барабану и мотает головой из стороны в сторону, когда на стадионе в Перте телекамера выхватывает его из массы зрителей. Он выкладывает в социальные сети свои фотографии с не самыми выгодными гримасами или, словно школьник, сочиняет целые истории из одних только эмодзи. Это веселый и жизнерадостный человек, примерный семьянин, «мистер совершенство», демонстрирующий внутреннюю свободу, талант, приветливость, внешнюю привлекательность. Он просто создан для успеха. Его любовь к жизни заразительна. Он творит добро везде, где бы ни появился.
Вместе с тем это впечатление обманчиво. У Федерера есть и другая, менее красочная сторона, скрытая от общественности, но без которой он не стал бы тем, кто он есть сегодня. Он еще и бескомпромиссный лидер, крайне требовательный не только к себе, но и к тем, кто его окружает. Достижение намеченных целей он ставит превыше всего. Он не терпит полумер, ожидает от своей команды гибкости и самопожертвования и предъявляет к ней очень высокие требования. Тот, кто не соответствует им, рискует оказаться за бортом. Если бы Федерер был зверем, то это наверняка был бы лев, его любимое животное и знак зодиака. Он очевидный вожак прайда, Король Лев. Однако, даже принимая трудные решения, Роджер сохраняет человечность и рассудительность, да к тому же еще обычно оказывается правым, поэтому эта жесткость, как правило, остается вне поля зрения и внимание на ней не акцентируется. За ним просто признается такое право, и оно не обсуждается. Да и с какой стати?
