Флейкаксы бросились на Лею, яростно щёлкая жвалами и изрыгая коричневый дым из брюшков. Хан дважды выстрелил, но у противников был настолько плотный хитиновый панцирь, что даже мощные разряды "Молота смерти" прожгли лишь углубления величиной с ладонь. Лея исчезла за двумя монстрами, и Хан прекратил огонь. Можно было попасть в Лею, тем более что сквозь коричневый дым были видны лишь мелькающие руки и головы насекомых. Он подозвал Кахмаима и Мивал и бросился вперёд. После первого же вдоха жучиного дыма, у него резко заболели нос, горло и лёгкие. После двух шагов у него так сильно слезились глаза, что он ничего не видел. Ещё шаг – он почувствовал слабость и головокружение и повалился на колени, содрогаясь от кашля и рвоты. Казалось, у него в груди взорвалась термическая граната. Он прополз последние три метра до места схватки и ткнул дулом бластера в зеленоватую грудь.
У флейкакса были фасеточные глаза, обеспечивающие полную видимость. Он уже знал, что Хан приближается и встретил его молниеносным ударом локтя. Выстрел "Молота смерти" ушёл в пустоту, срикошетил от палубы и прожёг дыру в стене. Под насекомыми прозвучало сдавленное шипение, и Хана чуть не ослеп, когда кончик светового меча Леи мелькнул перед флейкаксами всего в нескольких сантиметрах от его носа. Он едва смог откатиться, как лезвие раскроило насекомому грудь от середины вбок. Жучиная кровь залила всю палубу корабля Ландо.
– Эй, потише… – Хан откашлялся и закончил: -…с этой штуковиной!
Он с трудом поднялся и направил бластер в направлении общей свалки. Глаза застилали слёзы, но он старался отличить жену от нападавшего на неё флейкакса. Тут подоспели Кахмаим и Мивал. Они ввязались в схватку, но через секунду уже разлетелись в разные стороны. Лея в Силе запустила выжившим флейкаксом по отсеку.
– Хан! – Лея говорила с трудом. – Ты…
– В порядке, – он помог ей встать. – Почему ты сразу не отбросила его?
– Трудно сосредоточиться, когда эти… ротовые детали болтаются на лице, – она отключила световой меч и пошла с Ханом к ногри и флейкаксу. – А ты почему их не расстрелял?
– Я стрелял, – оправдывался Хан. – Из этих жуков можно бронежилеты делать.
– Хан! – Лея откашлялась. – Они же разумные жуки!
– Что верно, то верно, – возразил Хан. – Но если у них броня, то почему у нас её нет?
Они выбрались из вонючего облака и услышали, как Кахмаим и Мивал с рычанием сцепились со вторым флейкаксом. Хан вытер слёзы с глаз и увидел, что жук лежит лицом вниз на палубе, а ногри, всё ещё в гриме эвоков, держат его. Кахмаим заламывал жуку руки за спину, а Мивал удерживала колени. Всякий раз как жук открывал газоотвод на брюшке, она тянула его ноги против сгиба в бедре. Оставив Лею наедине со сражавшимися, Хан связал парализованных верпинов и сложил в кучу их оружие. Когда он закончил, Лея и ногри уже подняли флейкакса на колени с заломленными за спину руками и заткнутым тряпкой газоотводом. Лея махнула перед насекомым световым мечом. Фасеточные глаза вздрогнули и быстро проследили за светом.
– Кто ты… Тито или Юги? – спросила Лея.
– Тито! – оскорбился флейкакс. – Я самый красивый. Это все знать.
– Да, глаза у тебя действительно очень даже, – подтвердил Хан. – А теперь может объяснишь нам, почему ты решил нас убить?
Тито раскрыл жвала – жучиный вариант пожимания плечами.
– Думать, быть прикольно.
– Наверное, – заметила Лея. – Мы тут говорили о других причинах.
– Мы знаем, что тебя наняли сквибы, – давил Хан.
Тито склонил голову набок, повернув один выпуклый глаз в сторону Хана.
– Если вы это знать, то вы знать и почему.
– Хватит разыгрывать дурака. Ты знаешь, о чём мы спрашиваем. Сквибы не просто так хотят нашей смерти. Что ты скрываешь?
Флейкакс широко раскрыл жвала, и срыгнул чем-то жёлтым на Хана.
– Убить меня. Это лучше, чем то, что обещать сделать со мной директора, если я нарушить тихую клятву.
– Тихую клятву? – переспросил Хан. – Хочешь сказать, обет молчания?
Тито попытался поднять брюшко и открыть заткнутый газоотвод. Кахмаим надавил локтем на нервный узел в месте крепления груди, и брюшко опять упало на палубу. Лея обернулась к Хану.
– Думала, что эти преступные клятвы взаимны.
– Это так, – Хан понял, к чему клонит Лея. – Но ты же знаешь сквибов.
Тито переводил взгляд с Хана на Лею и, наконец, не выдержал и спросил:
– Директоров?
Хан и Лея переглянулись.
– Сказать ему? – спросил Хан.
– Это будет жестоко, ведь всё равно его придётся убить, – покачала головой Лея.
– Что жестоко? – спросил Тито.
Мивал приставила ему бластер к голове, но Тито больше волновало, что от него скрывают, нежели возможность быть убитым.
– Говорить!
– Ты правда хочешь знать? – нахмурился Хан. – Никто не хочет умирать, зная, что его подставили.
– Как? – Тито зашевелил жвалами.
– Тебе незачем знать, – отрезала Лея и повернулась к Мивал. – Идите и…
– Ждать! – остановил их Тито. – Вы рассказать мне – я рассказать вам.
Мивал спросила разрешение расстрелять пленника.
– Не сейчас, – Лея обратилась к флейкаксу. – Ты действительно хочешь знать? Тебя это только разозлит.
– Очень разозлит, – подтвердил Хан. – Нельзя доверять сквибам.
