— Нет. Мы оборонялись от пятнадцати рас и ни одну не уничтожили. В этом не было необходимости. Взгляните на маленького чистильщика, который плавает возле вашей головы и кормится вашей блевотой. Пятьсот миллионов лет назад его предки держали галактику в страхе, а когда они напали на нас, мы спустили на них им же подобных. Разумеется, мы поработали над генами своих союзников и сделали их умнее и крепче противников, и эти янычары, разумеется, служили нам верой и правдой. Никакой другой родины, кроме гнезда, они не знали и проявили в борьбе доблесть и изобретательность, какие нам и не снились. Когда ваша раса явится покорять рой, мы будем готовы к встрече.
— Мы, люди, не такие…
— А кто спорит?
— За тысячу лет мы не изменимся. Ты умрешь, а мы захватим Гнездо. Да мы через несколько поколений, еще при тебе, будем здесь хозяйничать. И темнота нам не помеха!
— Конечно, темнота не помеха. Глаза вам тут не понадобятся. Вам тут вообще ничто не понадобится.
— Так ты не убьешь меня? И позволишь обучать людей всему, чему захочу?
— Ну, разумеется, капитан-доктор. Почему бы и не оказать вам такую услугу. Через тысячу лет потомков человеческой расы можно будет встретить только здесь. Мы, бессмертные, великодушны. Мы позаботимся о том, чтобы вы дожили до тех дней.
— Рой, ты не прав. И насчет разума, и всего остального. Другие расы, может, и скатываются в паразитизм, но мы, люди, из особого теста слеплены.
— Возможно, возможно. Так вы принимаете мое предложение?
— Да. Я принимаю твой вызов. И победа будет за мной!
— Вот и замечательно. Когда прилетят инвесторы, ногохвосты скажут, что вас убили, и попросят не возвращаться. И инвесторы не вернутся. И мы будем ждать только людей.
— Если я с тобой не справлюсь, это сделают наши.
— Возможно, возможно. — И снова Рой вздохнул. — Хорошо, что я вас не абсорбировал. Где еще найдешь такого интересного собеседника.
