Черви извивались и вставали прямо, словно антенны.
Канат указал на стену, у которой сидел раньше.
– Хорошо, Говорящий-с-воронами. Присаживайся и отправляйся в путешествие по миру воспоминаний.
Кар шагнул вперед и сел у стены, положив рядом Клюв Ворона. Он посмотрел на Селину и Лидию – у обеих был испуганный вид. Канат присел на корточки и принялся аккуратно выуживать червей из земли. Затем он поднес их к губам и что-то прошептал.
– Они расскажут тебе, – сказал он. Большим и указательным пальцем Канат взял червя и поднес его к голове Кара. Тот отшатнулся:
– Что вы делаете?!
Канат ухмыльнулся, обнажив острые, как кинжалы, зубы:
– Черви говорят тихо, мальчик. Чтобы их услышать, ты должен уметь слушать. А теперь сиди смирно. Ощущения необычные.
В кои-то веки даже вороны не проронили ни слова. Кар чувствовал, как червь щекочет его ухо, а затем заползает внутрь. По коже побежали мурашки, но ему удалось остаться недвижимым. На лице Лидии читалось неподдельное отвращение.
Кар старался не давать воли мыслям о том, что червь поглощает его мозг, а Канат тем временем запустил ему в ухо еще одного. Кар сглотнул. В голове зашумел морской прибой. Когда черви проталкивали свое пульсирующее тело по его слуховому проходу, он чувствовал каждое их движение.
– Ты в порядке? – голос Лидии звучал откуда-то издалека. – Ты очень бледный.
Пещера расплылась перед глазами, фигуры Селины, Лидии и Каната раздвоились, затем растроились.
– Что со мной происходит? – пробормотал Кар.
Громкий смех Каната эхом разнесся по пещере:
– Позволь им показать кое-что тебе, Говорящий-с-воронами. Не сопротивляйся.
Картинка завертелась перед глазами, очертания и цвета смешались. Он чувствовал, что падает куда-то назад и руки, мягкие, словно пуховая перина, подхватывают его.
Кар закрыл глаза и вверил себя червям.
Когда он вновь открыл глаза, Селина, Лидия и вороны исчезли. Кар сидел один в пещере в окружении могил Бестий. По тыльной стороне руки ползал червяк.
Нет, это не его рука. Бледная кожа туго обтягивает выпирающие костяшки, ногти темные от грязи. Рука Каната. Кар попытался шевельнуть пальцами, но не смог. Он заперт в чужом теле!
Это воспоминание, понял он.
Из коридора доносились звуки шагов. Его тело сжалось, отползая в тень, где он сел на корточки, глядя на дверь. Ему страшно.
Дверь приоткрылась, из-за нее показалось чье-то лицо. Кар ощутил почти физическую боль.
Она выглядела очень испуганной, волосы спутаны, на щеке синяк.
Кару ужасно хотелось подбежать к ней, но его ноги – ноги Каната – словно вросли в пол.
– Мистер Вит? – спросила его мать. – Вы здесь?
– Что тебе нужно?
Его голос звучал одновременно изнутри и снаружи. Он чувствовал, как двигаются губы, но голос был чужой.
Мама вглядывалась во тьму. У нее на плече сидел ворон, у которого был выдран пучок перьев на шее. Он каркнул, но Кар не понял, что он сказал.
– Мистер Вит… Мне нужна ваша помощь, – сказала мама. – Могу я войти?
– Если без этого не обойтись, то можешь, Говорящая-с-воронами.
На Элизабет Кармайкл было мешковатое пальто с капюшоном, отороченным мехом, кожаные сапоги и длинные изящные перчатки. Она с опаской вошла.
– Мистер Вит, я не отниму у вас много времени, – сказала мама Кара. Из кармана она вытащила маленький мешочек на завязках. Глядя на очертания мешочка, Кар понял, что в нем. Полуночный Камень. – Вы знаете, что это и какой силой он обладает.
Кар почувствовал, как Каната передернуло и он подался назад. Теперь Кар был уверен, что Говорящий-с-червями в тот момент кое-что знал о камне, хотя воспоминание было тусклым и неотчетливым, словно сон.
– Зачем ты принесла его сюда?
– Я прошу, чтобы вы взяли его на хранение, – сказала мама Кара, протянув ему мешочек. В ее глазах застыло отчаяние.
Канат даже не попытался взять мешочек.
– Полуночный Камень принадлежит роду Говорящих-с-воронами, – сказал он.
– Я знаю, – ответила мама Кара. – Но хозяин пауков узнал о нем.
– Каким образом? – спросил Канат. – Секрет камня известен только воронам и червям.
– Сейчас это не важно, – сказала Элизабет Кармайкл, быстро оглянувшись на дверь. – Сеятель Мрака не остановится ни перед чем, чтобы заполучить его. Пожалуйста, вы должны.
Канат подвинулся вперед и натянул рукав на кисть, закрыв ладонь.
– Хорошо, – сказал он, взяв мешочек. – А если ты не вернешься? Я слышал о войне, захлестнувшей Блэкстоун, – многие уже отошли в мир иной.
– У меня есть сын, Джек, – сказала мама Кара. – Когда город будет в безопасности, отдайте камень ему.
Она взяла руку Каната, согнула его пальцы, чтобы они обхватили мешочек с камнем, и крепко их сжала.
– Вы должны объяснить ему, в чем сила камня. Он никому не должен об этом рассказывать. Не доверяйте никому. Это лишь его бремя.
– Я скажу ему, Говорящая-с-воронами, – ответил Канат.
– Спасибо.
Мама Кара повернулась, чтобы уйти, и Кар захотел последовать за ней, назвать ее по имени.
У двери она остановилась и обернулась, Кар на долю секунды подумал, могла ли она ощутить его присутствие в теле Каната. Но разве такое возможно? Это всего лишь воспоминание.
– Прощайте, мистер Вит, – сказала она.
