— Спасибо, Кассий, что вступился за храм и незнакомых тебе жриц этого храма! — поблагодарила его Кларисса. — Мы были все в восхищении от твоей доблести и храбрости твоего друга! Я никогда не присутствовала при сражении, но то, что я увидела в храме, повергло меня в шок! Мне казалось, что сам Марс руководит твоими мечами. Я видела, как убийцы-арканиты кусали локти от безуспешности своих атак. А когда ты поразил троих из них, их старший шипел как змея!
— Что с остальными? — спросил Кассий.
— Они отправились на суд к своему Двуликому! Наверное, римский бог уже отослал их в свои чертоги, — предположила Кларисса. — Так зачем ты вступился за нас, Кассий?
— За час до нападения на храм двое таких же пытались убить меня в священной роще нимф недалеко от храма. Они бы сожгли храм. Я солдат Республики и мой долг защищать честь Республики не только на полях сражений, но и защищать репутацию Республики в других обстоятельствах! Вы смотрели на лица убитых? — спросил Кар.
— Нет, они же были в масках, — удивилась Кларисса.
— Все убийцы попарно близнецы! — Кассий на минуту задумался. — И я думаю, что орден находит или подбирает их по всему известному свету.
Он замолчал, тяжело дыша. Кларисса молчала, поражённая услышанной новостью. Но, увидев, что Кассию тяжело, она очнулась:
— Всё, всё, хватит разговоров! Поговорим позже! А сейчас займёмся приведением в порядок лица нашего храброго центуриона, — сказала Кларисса, увидев Иолу, несущую бритвенные принадлежности.
— А после приятных процедур по наведению красоты у нас запланирован вкусный обед, — подытожила Кларисса и они с Иолой защебетали вокруг Кассия. Кассий заметил, что его сердце стало учащённо биться после прихода светловолосой Иолы. Их взгляды то и дело встречались… Глава 22
Корабли Карталона неслись к острову Самосу, где царь Акрон раз в четыре года устраивал состязания всякого рода воинств, которые собирались со всего света. Корабли уже миновали острова Киклады, где на множестве подводных скал и рифов погибли и исчезли в морских глубинах тысячи кораблей и мореходов. Тысячи лет в этих водах обитали коварные сирены, заманивающие моряков на скалы своим невероятным пением. Море здесь было неспокойным. Ветер завывал неистовым голосом, пролетая сквозь корабельное снаряжение, будто предупреждая о грозящей опасности…
…Карталон вывел свои корабли на границу Критского моря, чтобы избежать встречи с сиренами, и шёл курсом к южным островам Спорады. Там он намеревался пройти до острова Кос и повернуть на север вдоль берегов Малой Азии, чтобы дойти до острова Самоса.
Три дня назад они вышли из Пирея, порта Афин. Пирей поразил своим видом всех мореходов флотилии Картолона, включая его самого. Огромное количество кораблей вмещал пирс Пирей. С залива казалось, что в порту вырос лес мачт. Вдоль пирса были построены склады товаров, где торговцы могли арендовать за определённую плату у городских властей складские помещения. И уже, не боясь порчи товара от стихийных бедствий и хищений, вести торговлю в Афинах, подвозя туда товар мелкими партиями. От Пирея до Афин были проложены две дороги — в город и назад, чтобы транспорт не мешал движению друг друга. Также были построены длинные стены, замыкающие порт с городом. Все фортификационные сооружения были построены на должном уровне. Строителем и автором этих великих замыслов был один человек, великий стратег Афин Перикл.
Сибиллу поразила архитектура Афин. Столько мраморных портиков, групповых статуй, отдельно стоящих изваяний она не видела никогда. Театральные одеоны с шедшими на них представлениями и трагедиями Эсхила, Аристофана и их последователей были едва ли не самыми важными пунктами посещений испанской девушки. Вместе с Карталоном они посетили и знаменитую академию Платона. Это было прекрасное для Сибиллы время, за которое она вновь пополнила свои познания в сфере миропостроения. Находясь вместе с Карталоном в центре образованнейших людей того просвещённого мира, она ощущала себя счастливейшим человеком на земле. Будто не шла война с грозным Римом, способная разрушить их идиллию в одночасье. Будто смерть не летала над ними в обличии зажжённых зарядов баллист или смертельных жужжащих римских стрел. Всё это отступило на время перед всепоглощающим чувством жажды познания нового…
