И когда зазвучала музыка, Кира пропустила положенные несколько тактов, чтобы уловить мотив, а потом запела. Запела она какую-то белиберду на английском языке, состоящую из случайного набора слов, потому что стандартное для гамм «а» и «о» сюда бы точно не подошло.
Прошло около пятнадцати секунд, прежде чем перекрывая грохот гитар, Илья рявкнул:
– Стоп!
Кира только успела удивиться, как это его слабый голос так легко справился с задачей, когда недавно он собственную гитару перекричать не мог.
– Что ты поёшь?
Кира удивлённо воззрилась на него.
– Слова, которых ты мне не дал, – ядовито ответила она.
– Я не про то, – Илья даже дёрнул губой. – На слова мне плевать. Но зачем ты орёшь?
В лёгком недоумении Кира замолчала.
– В ноты можешь попадать? – почти терпеливо пояснил свою мысль Илья.
Щёки Киры вспыхнули. Ещё бы она не могла!
– Моего прошлого директора так устраивало! – из духа противоречия буркнула она.
– Ну так я – не он.
Кира молчала. Только прищурилась, подарила Илье ненавидящий взгляд. Но тот, похоже, вообще ничего не заметил.
– Пробуем ещё раз, – скомандовал он.
И дождавшись того же места, Кира начала сначала. На сей раз честно стараясь петь так, как учили в консерватории.
Они пробовали снова и снова. Такого придирчивого руководителя Кира не встречала ещё никогда. Даже её преподаватель по вокалу не терзал её такими нюансами, которые приходили в голову Илье – и это при том, что и петь-то было нечего!
В обычной ситуации Кира обязательно докопалась бы в ответ до чего-нибудь в манере игры своего мучителя, высказалась бы на счёт того, что не она одна тут фальшивит… Но, увы, к своему разочарованию, ничего такого не заметила. Все в группе играли достаточно чисто и хорошо знали свои партии. И Кире на самом деле нравилось, как всё это звучит.
– Ты глотаешь окончания слов, – заметил Илья после очередной попытки. Хотя они стопорились уже должно быть в двадцатый раз, в его голосе звучала лишь совсем небольшая тень усталости.
– Слов же нет…
– Какая разница? Не глотай хотя бы то, что поёшь. Следи за окончаниями.
Это было то требование, которое Кира выполнить так и не смогла. Мысленно она пообещала себе, что после репетиции возьмёт у Ильи ноты и сама попытается написать нормальный текст. Потом удивилась, что вообще собирается это продолжать и прогнала из головы эту мысль.
Но к тому времени, когда за пределами гаража воцарилась ночь, Кира с удивлением чувствовала, что ей это нравится. Наконец-то кто-то обращал внимание на то, как она поёт.
Она сама не заметила, как день подошёл к концу, и часы показали одиннадцать. Откровенно говоря, Кире хотелось продолжить. Она зачарованно гадала, когда же парни решат расходиться и, в то же время, мысленно скрещивала пальцы, чтобы это подольше не происходило.
Во время очередной паузы Дима опустил гитару и сказал:
– Всё, мне пора.
Инстинктивно Кира подняла глаза на Илью как будто спрашивая: «неужели ты это разрешишь?»
Но Илья только кивнул и тоже отставил гитару в сторону.
– Тебе ехать далеко? – спросил он, обращаясь к Кире.
– Ну, так… – ответила та, потому что ещё не решила, хочет ли она, чтобы Илья знал, где она живёт.
– Я тебя провожу, – уверенно сказал тот.
Кира открыла рот и снова закрыла. В этом предложении было сразу всё. Оно звучало немного странно, потому что Кира не считала себя беззащитной и не нуждалась в особом отношении, а Илья явно не собирался развозить по домам остальных. Вряд ли у него была машина, так что реальной помощи он оказать не мог. И в то же время, это решение, это желание опекать, отозвалось в груди приятным теплом. К тому же, Кира хотела остаться с Ильёй наедине и поговорить.
Справедливости ради она, всё же, спросила:
– Ты точно не хочешь спать?
– Уже нет, – Илья равнодушно качнул головой.
Оставив на Миху запирать гараж, они вышли во двор и, обогнув ближайший дом, двинулись вдоль по улице. Стоял сентябрь, так что погода была тёплой и приятной, только ветер слегка задувал под куртку. Садиться на автобус, снова оказываться в тесноте среди чужих людей, Кире не хотелось, поэтому она решила пройти пару остановок пешком.
– Как тебе? – спросил Илья, когда они миновали несколько домов.
– Музыка? – переспросила Кира. – Вы хорошо играете. Я не ожидала.
Илья тихонько хмыкнул, но скосив на него глаза, Кира увидела на губах спутника самодовольную улыбку.
– Я только не совсем понимаю, – призналась она, – к чему это всё? В смысле… – она задумалась, как бы поясиить, потому что почувствовала, что слова её могли прозвучать не слишком вежливо, а задевать Илью ей совсем не хотелось. – Я имею в виду, вы уже где-то выступали?
Илья качнул головой.
– Пару раз, – уточнил он. – Но не за деньги.
– Вы планируете выступать?
– Конечно.
– Тогда чего ждёте? «Витражи» играют куда хуже вас, а уже зашибают бабки.
Илья только хмыкнул в полголоса и ничего ей не сказал. Какое-то время они шли по улице молча, а потом он медленно произнёс: