Девушка замотала головой так, что ее волосы разметались в стороны. Кстати, ее движения отзывались приятными ощущениями, так как член, вообще-то, находился внутри и не думал падать. Вот, что значит молодость! Аринэль двинул бедрами, намекая, что неплохо бы продолжить начатое мероприятие…
Саманта была немного раздражена, потому что единственный свободный парень тут, совершенно не обращал на нее внимания. Не то чтобы она в нем сильно нуждалась, но приятно же чувствовать себя красивой? А этот Дариан только на братца и пялился. И вчера на ужине, и сегодня на завтраке. А еще эта Цеси нахально перехватила работу местных слуг и сама обслуживала Аринэля. При этом на ее лице было настолько очевидно прописано удовольствие, что остро хотелось сказать ей какую-нибудь грубость. Саманта вздохнула. Но нельзя. Братик высказался прямо. Да и вообще некрасиво это на слугах срываться. Это уже мамины наставления.
Граф извинившись и сославшись на неотложные дела, покинул завтрак довольно быстро. Мама и жены графа вскоре тоже удалились, и за столом осталось только молодое поколение.
— Брат рассказал, — заговорила старшая дочь графа, Талия, обращаясь к Аринэлю. — Что вы стали героем в битве с антами?
— Я бы так не сказал, — ответил парень. — Мы защищали свой дом и своих близких. Мой брат, например, пробивал дорогу к матке, через всю эту орду. А Анти…
Аринэль посмотрел на сестру, да с такой нежностью, что у девушки сердце екнуло.
— Она спасла всех мам, когда упала башня, — продолжил парень. — Цеси вытаскивала раненых под обстрелом. И я могу долго перечислять. Проще сказать, что мы все совершили подвиг. Все, кто там были, герои.
Аринэль улыбнулся какой-то усталой улыбкой. А Талия с выражением удивления смотрела на него. И удивление это было из разряда «Как можно так скучно говорить?».
— Давайте не будем об этом, — снова заговорил братик. — Лучше расскажите, вы бывали в Империи?
— Конечно! — в голосе второй дочери, Мариан, прозвучали нотки превосходства. — Мы ездим туда каждую осень, на праздник плодородия! (Праздник плодородия — аналог нашего Рождества, то есть конец старого и начало нового года).
— У нас свой особняк в Артезиусе, — заметила Талия. — Очень красивый! (Артезиус — город, возле которого и находиться Академия).
— А в этом году вы тоже поедете? — поинтересовался Аринэль. — Мы бы зашли к вам в гости.
— Мы учимся в Академии вообще-то! — иронично заметила Талия. — Я на втором курсе, а Мариан и Дариан в этом году пойдут.
— А, вот как, — изобразил на лице легкое удивление Аринэль. — Тогда мы там встретимся, получается?
Талия смерила парня взглядом прожженной светской львицы.
— Может быть, — слегка усмехнулась она.
Аринэль в ответ обозначил улыбку.
— Ладно, благодарю за угощение, — произнес он. — Я бы хотел пройтись, кое-что купить.
Парень поднялся, кивнул. А Саманта успела заметить на лице Улисы мелькнувшее выражение опытной женщины, глядящей на, собственно, неопытную. Ну и так-то да, эта Талия ответила в конце резковато.
Цеси, не поднимая головы и идя вслед за Аринэлем, покинула трапезную.
«И даже меня не пригласил! — опомнилась Саманта и стиснула зубы. — Вот же… Мужлан! Ничего, я ему это еще припомню!»
Прекрасный солнечный день, красивая и слегка смущенная девушка рядом, которая испытывает к тебе нежные чувства. И которая утром выражала эти свои чувства сладкими стонами. В кармане звенят монеты и ожидается куча приятных моментов, связанных с тем, что Цеси будет показывать красивые наряды на себе. В общем, с лица Аринэля не сходила довольная ухмылка.
Они не спеша двигались к площади прогулочным шагом. По словам Трелона, все приличные магазины (хм, а есть и не приличные?) находились именно там, на центральной площади Арантона.
Цеси, с алеющими щечками, не поднимала головы и отвечала невпопад. Милота! Это же надо, как все удачно складывается. На груди герб, на боку шпага и впереди столько лет, что аж дух захватывает. Реально, Аринэль не мог пока себе представить, что здесь живут лет по двести. Хотя… Это в теории. Жизнь тут полна моментов, которые могут ее значительно сократить. Одни анты, точнее, дерра чего стоят. Это что за фрукт?
Мимо прошел парень, с гербом не только на груди, но и во весь плащ. И не жарко ему, таскать столько ткани сзади? Но, хе-хе, понты, как говорится, дороже комфорта. А короны-то над красным щитом на нет. То есть перед нами баронет, причем не наследник. Аристократик смерил Аринэля высокомерным взглядом, перевел взгляд на скромно одетую Цеси (да и сам Аринэль предпочел черный костюм, на котором были лишь герб да скромные узоры серебром на плечах), задрал подбородок и негромко фыркнул.
«Что за… Ладно. Спокойно» — пришла мысль, кольнувшая в груди раздражением.
