Для увязки некоторых вопросов взаимодействия мне ещё пришлось побывать на командном пункте командующего Юго-Западным фронтом генерала Ватутина, где находился и начальник Генерального штаба Василевский. Мне показалось странным поведение обоих. Создавалось впечатление, что в роли командующего фронтом находится Василевский, который решал ряд серьёзных вопросов, связанных с предстоящими действиями войск этого фронта, часто не советуясь с командующим. Ватутин же фактически выполнял роль даже не начальника штаба: ходил на телеграф, вёл переговоры по телеграфу и телефону, собирал сводки, докладывал о них Василевскому. Все те вопросы, которые я намеревался обсудить с Ватутиным, пришлось обговаривать с Василевским».
Но теперь Василевский находился «на месте», в Генштабе, и Рокоссовский чувствовал себя спокойно.
Штаб и управление Донского фронта переименовывались в новый Центральный фронт и вместе с частью сталинградских армий срочно перебрасывались в район Курска и Ельца. Рокоссовскому передавались 21, 65, 2-я танковая и 16-я воздушная армии. Из резерва Ставки направлялась 70-я армия НКВД.
Этой группировкой предстояло атаковать противника с позиций развёртывания между Брянским и Воронежским фронтами, которые тем временем продолжали наступление на курском и харьковском направлениях. Замысел Ставки: взаимодействуя с ударной группировкой Брянского фронта, нанести охватывающий удар в общем направлении на Гомель и Смоленск с выходом во фланг и тыл орловской, а также ржевско-вяземско-рославльской группировкам противника.
Свидание с семьёй у Рокоссовского на этот раз было коротким. Тут же из Москвы отбыл под Сталинград для вывода оттуда войск на новый участок – в район западнее и северо-западнее Курска.
Севская наступательная операция 1943 года, которую осуществляли войска Центрального фронта, несколько раз откладывалась по причине многих неувязок. Да и 25 февраля, когда войска пошли вперёд, полное сосредоточение армий и частей фронта ещё не закончилось, многие подразделения находились в пути, продолжая двигаться в заданные районы. Артиллерия застряла на заснеженных дорогах, в результате танки 2-й армии генерала А. Г. Родина[98] атаковали без артподготовки. Из 408 танков в бой пошли только 182. Остальные вступали в дело по мере прибытия. Одни застряли на переездах и бродах, другие поломались на марше. Не хватало боеприпасов, продовольствия, фуража для лошадей.
Тем не менее немецкая оборона была прорвана. Танки генерала Родина и конники 2-го гвардейского кавалерийского корпуса генерала В. В. Крюкова[99] вошли в прорыв и вскоре оказались недалеко от Новгорода-Северского, местами вклинившись в немецкую оборону на 30–60 километров. Этот узкий прорыв оказался губительным для кавалеристов, которые сломя голову, подхлёстываемые успехом, рванулись вперёд. Немцы тем временем контратаковали на широком участке фронта, решив взять реванш за разгром под Сталинградом.
Из записей, не вошедших в первое издание мемуаров Рокоссовского: «Предпринимая столь грандиозную операцию, как глубокое окружение всей орловской группировки противника, Ставка допустила грубый просчёт, переоценив свои возможности и недооценив возможности врага. А тот, уже успев оправиться от нанесённых ему советскими войсками ударов на брянском и харьковском направлениях, сам готовился к нанесению здесь контрудара.
В этих условиях не могло быть и речи о выполнении войсками Центрального фронта первоначально поставленной ему задачи. После моего доклада по ВЧ Сталину задача была изменена. Но и она к этому времени и в той обстановке не сулила успеха. Противник явно превосходил наши силы.
В связи с усиливавшейся опасностью на левом фланге нашего фронта было отдано распоряжение конно-стрелковой группе генерала В. В. Крюкова приостановить продвижение на запад. Ей надлежало закрепиться в районе Севска и удерживать город до подхода частей 65-й армии, вместе с тем продолжать вести разведку в северном и южном направлениях, где было обнаружено скопление крупных сил противника. Крюков нарушил приказ. Вышедшая к Десне конно-стрелковая группа была атакована крупными вражескими силами во фланг и тыл и окружена. Она хотя и вырвалась из окружения, в чём ей помогли подоспевшие на помощь части 65-й армии и 2 ТА, но понесла тяжёлые потери.
Самоволие и беспечность генерала Крюкова дорого нам обошлись: помимо значительных потерь в людях и лошадях в составе группы мы оставили Севск, крупный населённый и важный опорный пункт на реке Сев.
По данным, полученным от штаба Воронежского фронта, перешедший в наступление противник добился значительных успехов. Он сумел обойти Харьков и продвигался в направлении Белгорода.
