Она бросилась в стоящий поодаль сарай и тут же снова появилась с канистрой в руках. Подбежала к дому и щедро плеснула на крыльцо содержимым канистры. Сильно и резко запахло бензином.
– Доченька, ты что задумала? – воскликнула мать, прижав руки к груди.
– А на что это похоже? – огрызнулась Елена и двинулась вдоль дома, поливая бензином стены.
– Мы должны ее остановить! – прошипела Надежда.
– Сейчас появятся люди Скоробогатова… – возразила Ксения, но в ее голосе не было уверенности.
– А если они опоздают?
– Да как ты можешь? – причитала тем временем мать Елены, следуя по пятам за дочкой. – Там же он…
– Каждый за себя! Если ты не смогла обеспечить мне достойную жизнь – придется самой постараться!
Она вылила на стены остатки бензина, вернулась к крыльцу и, с деловитым видом подобрав валявшийся рядом ржавый лом, подперла им дверь.
– Что ты делаешь? – всхлипывала мать. – Там же он… там же мой учитель…
– Очень хорошо! На него все и спишут! Подумают, что он устроил самосожжение, чтобы переродиться в новом теле. А мадам Скоробогатову прихватил с собой для компании!
Мать Елены попыталась убрать лом, но дочь оттолкнула ее от двери и рявкнула:
– Не путайся под ногами! Ничего для меня не сделала, так хоть не мешай!
С этими словами она достала из кармана зажигалку.
– Что же мы, будем смотреть, как на наших глазах поджаривают живых людей? – воскликнула Надежда, и, не слушая возражений Ксении, выскочила из укрытия.
Елена удивленно взглянула на нее:
– А ты еще кто такая? Откуда взялась? Ягоды собирала? Так вроде еще рановато!
– Убери зажигалку! – крикнула Надежда, приближаясь. – Все равно у тебя ничего не выйдет!
– Почему это? – Елена щелкнула колесиком зажигалки, и вспыхнул бледный голубоватый огонек, как будто в ее руке расцвел маленький подснежник. Она шагнула к крыльцу и уже собиралась поднести зажигалку к политым бензином доскам…
Времени не было. Даже если Надежда выбьет зажигалку у нее из руки, бензин все равно вспыхнет…
В эту минуту Надежда увидела рядом с крыльцом старую водосборную бочку, до половины заполненную дождевой водой, налетела на нее с разбега и толкнула всем весом…
Бочка опрокинулась, подгнившие доски разлетелись, и вся вода выплеснулась на крыльцо и на склонившуюся Елену.
Девица истерично взвизгнула и отскочила.
Она была мокрая с ног до головы, волосы облепили голову бесцветной шапкой, одежда прилипла к телу, а самое главное – зажигалка пришла в полную негодность.
– Чтоб тебя… – в бессильной злобе прошипела Елена и бросилась к Надежде, вытянув руки.
В это время рядом с домом появились трое крепких парней в черной униформе. Один из них перехватил Елену, другой отбросил лом от двери и вместе с напарником вбежал в дом.
– Пусти! – Елена вырывалась и шипела, как бешеная кошка. – Пусти, гад!
– Тихо-тихо, – боец ловко застегнул на ее руках наручники, – остынь маленько. Потом в полицию тебя сдадим, уж они в курсе твоих дел. Давно ждут.
Двое парней под руки вывели из дома Нину, она была подозрительно бледная.
– Ты как? – бросилась к ней Надежда.
– Да ничего… – Нина вяло отбивалась от парней: – Да ладно вам, что я – старушка девяноста лет, что вы меня едва не на руках несете. Сама могу идти! – И тут же едва не упала, споткнувшись больной ногой о мокрую ступеньку.
– Ладно, я за ней присмотрю, – Надежда подхватила подругу под руку, – а второй где?
– Одного мужика мы по дороге прихватили. Мордатый такой, говорит, в магазин, шел. А больше никого нет…
– Как нет? А шеф? – Надежда вбежала в дом.
Просторная полутемная комната была пуста, от мандалы на столе не осталось и следа.
– Ушел он, – подтвердила Нина. – Как услышал снаружи шум, так схватил пазл – да и пропал. А куда делся, я и не заметила. Словно сквозь землю провалился.
Надежда рысью обежала дом и обнаружила в самом темном углу крошечную кладовку, а из нее – узкую незаметную снаружи дверцу, которая выходила в такие заросли прошлогоднего репейника, что пролез через них шеф точно чудом.
Представив, во что превратилось его стильное пальто в елочку, Надежда почувствовала слабое удовлетворение.
– Упустили, – констатировала она. – Ну, куда он денется? – и оглянулась в поисках Ксении, но той тоже не было видно.
Надежда пожала плечами и вернулась к Нине.
– Исчез? – вдруг закричала соратница и преданная помощница шефа. – Как же так?
И не успел к ней подступить парень с наручниками, как она вытащила из кармана горсть белых таблеток и стала их глотать одну за другой.
– Все! – Она посмотрела на всех свысока и с насмешкой. – Теперь вы меня не достанете. Я ухожу в мир иной, чтобы переродиться и воскреснуть в другом теле!
– Ой… – тихонько вскрикнула Надежда, но было уже поздно.
Женщина покачнулась, схватилась за горло и опустилась на грязные доски крыльца.
– Мама! – закричала Елена, рванувшись из рук бойцов. – Что ты с собой сделала?
Один из парней прижал руку к шее лежавшей.
– Пульс есть. В больницу ее надо! Ладно, поехали! – Он подхватил Нину на закорки и пошел вперед по тропе.
– Надо же, лет двадцать меня никто на руках не носил! – восхитилась Нина.
