Он сделал мощный выпад правой рукой, ладонь которой была полураскрыта, словно он считал достаточным одного шлепка, чтобы навсегда убрать со своего пути это кусачее насекомое.
Но удар все продолжался, и тянул Уртейла за собой. Бигмэн нырнул, когда ладонь была от него в каких-то долях дюйма, проделав это со спокойной уверенностью своего превосходно координированного тела. Уртейл в результате усилий, предпринимаемых, чтобы остановить собственный выпад, качнулся назад, к Бигмэну.
Бигмэн поставил ногу на задницу Уртейла и мягко оттолкнулся. В результате отдачи он легко отпрыгнул назад на другую ногу, тогда как Уртейл падал вперед в гротесково замедленном движении.
По сторонам раздался смех.
Один из зрителей выкрикнул:
— Я передумал, Уртейл. Я заключу пари.
Уртейл будто не слышал этого. Он снова повернулся лицом к Бигмэну, из уголка его толстых губ вытекла вязкая капля слюны и потекла по подбородку.
— Включите тяжесть! — хрипло закричал он. — Пусть она будет нормальная!
— В чем дело, бочка? — поддразнил его Бигмэн. — Разве сорока фунтов в твою пользу не достаточно?
— Я убью тебя. Я убью тебя! — кричал Уртейл.
— Валяй! — Бигмэн раскинул руки в издевательском приглашении.
Но Уртейл угрожал всерьез. Он кружил вокруг Бигмэна, очень неуклюже подпрыгивая.
— Сейчас я пущу в ход свои тяжелые ноги, жук, и уж если я тебя за что-нибудь схвачу, то этот кусок я оторву.
— Давай, хватай.
Мужчины, наблюдавшие за поединком, настороженно притихли. Уртейл был громадный, как бочка, сутулый, руки его болтались туда-сюда, ноги были широко расставлены. Он удерживал равновесие, ловя ритм тяжести.
В сравнении с ним Бигмэн выглядел хрупким стебельком. Он был грациозен и уверен в себе, как танцовщик, но все же выглядел до обидного маленьким.
Бигмэн, казалось, совсем не волновался. Внезапно оттолкнувшись ногами, он высоко подпрыгнул, а когда Уртейл ринулся на поднявшуюся в воздух фигуру, Бигмэн поднял ноги и опустился позади своего соперника, прежде чем тот смог обернуться.
Раздались громкие аплодисменты, и Бигмэн усмехнулся. Он сделал почти пируэт, нырнув под одну из угрожавших ему громадных рук. дотянулся и крепко ударил краем ладони по бицепсу своего противника.
Уртейл подавил крик и снова завертелся.
Теперь Уртейл сохранял ужасающее спокойствие и не реагировал ни на какие провокации Бигмэна. Со своей стороны, Бигмэн старался, как мог, заставить Уртейла быстро двигаться, чтобы он потерял равновесие.
Вперед — назад; быстрые, острые удары, которые кажутся порхающими, но на самом деле очень чувствительны.
Но в голове маленького марсианина росло уважение к Уртейлу. Тот дрался всерьез. Он охранял землю, на которой стоял, как медведь, отражающий нападение охотничьей собаки. А Бигмэн был охотничьим псом, который может только вертеться, пытаясь схватить, заманивать в ловушку, но старается держаться подальше от медвежьих лап.
Уртейл был даже внешне похож на медведя: со своим волосатым телом, маленькими глазками, налитыми кровью, и небритым лицом с выдающейся нижней челюстью.
— Дерись, приятель, — съязвил Бигмэн, — а то я один развлекаю зрителей.
Уртейл медленно покачал головой.
— Подойди поближе, — сказал он.
— Ну конечно, — легко согласился Бигмэн, кинувшись вперед. Движением быстрым, как молния, он схватил Уртейла сбоку за челюсть, и в то же мгновенье пролетел у него под рукой.
Рука Уртейла двинулась было, но поздно, и движение осталось незаконченным. Он слегка покачнулся.
— Попробуй еще раз, — попросил он.
Бигмэн попробовал еще раз, на сей раз согнувшись и нырнув под другой рукой, завершив представление маленьким поклоном в благодарность за крики одобрения.
— Попробуй еще раз, — сказал Уртейл заплетающимся языком.
— Пожалуйста, — сказал Бигмэн. И бросился вперед.
На этот раз Уртейл тщательно подготовился. Он не пошевелил ни головой, ни руками, но его правая нога выстрелила вперед.
Бигмэн согнулся вдвое, почти вися в воздухе, или попытался согнуться, но это ему не совсем удалось. Его лодыжка была поймана и на мгновенье грубо припечатана ботинком Уртейла. Бигмэн взвизгнул от боли.
Быстрым движением Уртейл пронес его вперед, и Бигмэн судорожным отчаянным толчком о его спину ускорил это движение.
На этот раз Уртейл, уже лучше освоившийся с малой силой тяжести, не был так далеко отброшен вперед и быстрее восстановил равновесие, тогда как Бигмэн, у которого горела лодыжка, двигался кругом с испуганной неловкостью.
С диким криком Уртейл ринулся на марсианина, и Бигмэн, опиравшийся на здоровую ногу, оказался недостаточно проворен. Его правое плечо очутилось в громадном, словно окорок, кулаке, его правый локоть — в другом кулаке. Вместе дуэлянты повалились.
Зрители разом закричали, и Кук с серым, как пепел, лицом наблюдавший за поединком, каркающим голосом воскликнул:
— Прекратите драку! — но никто не обратил на это внимания.
Крепко держа Бигмэна, Уртейл встал на ноги, подняв марсианина, словно тот был перышком. Бигмэн, с лицом, искривленным от боли, извивался, пытаясь достать ногами до пола.
Уртейл глухо прокричал в ухо маленького человечка:
