– А подари мне рысака! Молоденького да бойкого, и что б был он только моим, – сказала вдруг Катя, отвлекшись от полностью захватившего её зрелища.
– Выбирай! – неожиданно ответил он, указав на скачущих по кругу лошадей.
– Из этих? – спросила Катя.
– А почему бы и нет? Выбирай!
– Ну нет! Спасибо конечно, но я предпочитаю наших, Орловских.
– Скажите пожалуйста…, – широко улыбаясь ответил Дементьев, и добавил, целуя Кате руку, – Будет тебе Орловский, выберешь, какого пожелаешь.
Им хорошо было вдвоём. Несмотря на большую разницу в возрасте, их пара выглядела довольно органично. Дементьеву нравилось, как Катя к нему относилась, как принимала его ухаживания и ласку, без высокомерия, без жеманного кокетства и глупых каприз. Нравилось, с каким вниманием и интересом слушала его рассказы о Ницце, где он находился, уж не помня в который раз. А главное, она ни разу не дала повода приревновать её, к тому огромному количеству мужчин, кои смотрели на неё открыв рты и пытались завести знакомство.
Кате же нравилось, что рядом с ней, находиться человек, обладающий массой положительных достоинств, главное из которых – надёжность.
-–
По прошествии полутора месяцев, проведённых рядом с любимой, Дементьев был вынужден признать, что переоценил свои физические возможности.
С каждым днём он всё больше чувствовал усталость и недомогание. За длительные прогулки по городу он расплачивался болями в спине и ногах, а любовные утехи выматывали его до такой степени, что утром он просыпался абсолютно разбитым, будто и не спал вовсе. Ему стоило больших усилий держаться так, чтобы Катя не догадалась о его немощи, иначе, по его мнению, их свадьба могла не состояться. А тут ещё эта нервотрёпка из-за отношений с детьми. Дело в том, что сразу по приезду в Париж, в тайне от Кати, Александр Васильевич послал письмо детям в Ниццу, в надежде увидеться там с ними и с внуками. Он был абсолютно уверен, что даже при существующем между ними противостоянии, ему не откажут во встрече. Однако ответа пришлось ждать очень долго, ибо пришёл он лишь через полтора месяца.
Вечером того дня Катя и Александр Васильевич собирались посетить оперный театр. Катя была у парикмахера, когда в её отсутствие Дементьеву принесли письмо. Прочитав его, он побледнел, пошатнулся и теряя силы выронил из рук.
А сделав всего несколько шагов, схватился за сердце и еле успел сесть на край дивана.
В этот момент, перед служанкой с обедом на подносе, консьерж распахнул двери гостиной. Заметив падающего с дивана господина, он ринулся к нему и успел подхватить.
Катя вернулась, когда доктор уже заканчивал осмотр лежащего в спальне Александра Васильевича. Управляющий отелем рассказал ей что произошло, а помощница доктора настоятельно попросила оставаться в гостиной. Взволнованная случившимся, Катя не находила себе места. Она без конца ходила по комнате, и периодически поглядывая на дверь спальни, пыталась понять, что могло стать причиной сердечного приступа у человека, пышущего здоровьем?
Вдруг, на полу у ножки стола она увидела лист бумаги. Это было письмо для
А.В. Дементьева от его детей.
Только сейчас Катя вспомнила, что трое его детей, две дочери и сын, со своими семьями проживают здесь в Ницце, и это многое проясняло.
Например, ещё в Париже, она заметила, с каким нетерпением Александр Васильевич всегда ожидал доставки почты. Он объяснял это интересом к сводкам с финансовых бирж, а также тем, что в любой момент могла прийти депеша от управляющего из Петербурга. Но сейчас, что-то подсказывало Кате, что его нетерпение, и даже некоторая нервозность, были связаны с ожиданием именно этого письма, а также то, что его содержание вполне могло спровоцировать сердечный приступ. Катя немедля прочла письмо, не задумываясь об этической стороне своего поступка. Из письма стало ясно, что, узнав о разводе родителей, все трое отпрысков, встали на сторону матери. Поступок отца они сочли предательским, а его решение жениться на Петербургской куртизанке, возмутительным и не приемлемым для них. Посему, отцу отказывалось во встрече с детьми и внуками о которой он просил.
P.S. дети обращались к отцу с просьбой, не показываться со своей спутницей в местах, где собирается высшее общество, ибо это подорвёт репутацию семьи, членом которой он боле не является.
– Ах вы сукины дети! – вырвалось у Кати, после того как она дочитала письмо.
– Довести отца до сердечного приступа! А ведь наверняка живёте на его денежки. Не уж-то войны хотите? Только ежели я права, то она даже не начнётся. Для военных действий требуются немалые деньги, а их у вас очень скоро будет катастрофически не хватать. Или я, буду не я!
Наконец из спальни вышел доктор. Маленький, полненький, лысенький, с пенсне на носу, и с кожаным саквояжем в руках. Увидев красавицу Катю, доктор немного оторопел, в горле у него запершило, и он попросил стакан воды. Далее, сидя на стуле не выпуская саквояж из рук, он медленно пил воду, не сводя с Кати глаз.
Наконец Кате это надоело, и она громко спросила.
