– Дональд отвратителен и мерзок. Он весь вечер так и искал повода втянуть Дерека в конфликт.
– Я тебе о поведении твоего мужа. А ты об этом Дональде. Дерек по уши в тебя влюблен.
– Вероника, он был просто вынужден стать на мою защиту, потому что я его жена перед людьми. О любви речи не идет.
– Ты просто слепа или глуха!
– Наш брак был вынужденным. Ни я, ни он не желали этого союза.
– Оливия, в наших кругах очень мало браков по любви и взаимному желанию.
– Но у вас же по любви.
– Это просто подарок судьбы. Наш брак был по распоряжению короля. Ты забыла?
– Нет, не забыла. И очень за тебя рада. Роберт настоящий мужчина. Благородный, смелый, чуткий, заботливый отец и муж. Он очень любит тебя. Это видно сразу.
– Как тебе это видно?
– То, как он на тебя смотрит.
– Вот, видишь! То же самое я говорю и о Дереке. Он оторвать от тебя взгляда не может. У него глаза горят. Да и ваши совместные часы, проведенные в спальне, тоже о многом говорят, – лукаво проговорила сестра.
– Просто он ненасытный мужчина, – краснея, сказала Оливия.
– Дорогая, у мужчин очень много возможностей найти себе утешение и удовлетворение. Особенно у наших красавцев-мужей. Но мужчины не проводят целые сутки в постели женщины, если они к ним равнодушны.
Оливия ничего не ответила, пристально смотря на сестру и переваривая сказанные ею слова.
– Мы росли среди мужчин. Нас воспитал отец. Ты видела много связей солдат с деревенскими женщинами. И что? Хоть одна серьезная связь была похожа на вашу?
– Вероника, я не глупа. И не наивна. Я для него новое увлечение и временное утешение. Но ненадолго, он сам мне дал это понять.
– Что, так и сказал?
– Нет. Но дал это понять. У нас все временно. И мне лучше не обольщаться на этот счет.
Взгляд у Оливии потух. Она сама не понимала, почему ей этот факт так неприятен.
– Вот увидишь, что я была права. Дерек в тебя влюблен, но скрывает это, – не унималась сестра.
– Давай лучше кормить малыша. Он голодный.
Этим вечером Оливия не стала задерживаться с сестрой, а поспешила в свою комнату.
Не успела Оливия переодеться, как вошел Дерек. Обернувшись на звук его шагов, она встретилась с его взглядом. Маска сдержанности и отчуждения опять пролегла на его лице.
– Чем разрешился спор с Дональдом?
– Ты что, специально притягиваешь к себе мужчин?
– Как тебя понять?
– Они вьются вокруг тебя, как пчелы на пасеке. То один, то другой. Ты намеренно это делаешь?
– Что я делаю?
– Будто ты не понимаешь, о чем я говорю, – наступал на нее Дерек. Ревность съедала его изнутри. И он это понимал, но ничего не мог с собой поделать.
– Дерек, ты это говоришь, чтобы мне сделать больно? Или ты непревзойденный тупица и остолоп?
– Что? – опешил лорд от такой дерзости со стороны жены.
– Что слышал. Я устала от твоих обвинений и подозрений. И не смей меня больше оскорблять. Женщиной меня сделал ты. Или уже забыл?
– Но теперь тебя ничто не сдерживает.
– Дерек, меня и раньше ничто и никто не сдерживал. Но я начинаю жалеть, что моим мужчиной оказался ревнивый осел!
– Что? Ты меня назвала ревнивым ослом? – продолжал наступать на нее лорд.
– Да, – вздернув подбородок, сказал Оливия. – И не смей меня запугивать. Я тебе не бедный Томас.
– А при чем тут Томас? – от неожиданности он даже остановился.
– Твой оруженосец боится тебя. И дрожит, как банный лист, от каждого твоего слова.
– А ты, значит, меня не боишься? – смелость и дерзость жены его начали восхищать.
– Нет, не боюсь.
– Ты восхитительна в гневе, – не удержался он от комплимента. Его гнев и злость улетучились. Сейчас он хотел только одного – обладать этой женщиной. Женщиной, которая не боится бросить ему вызов.
Оливия часто заморгала, не ожидая такой реакции мужа.
Дерек подошел к жене вплотную. Она не отступила, лишь запрокинула голову, чтоб видеть его глаза, обрамленные густыми ресницами.
– Ты сейчас так похожа на девушку, которую я видел в заброшенном доме ремесленника два года назад.
– Но это я и была.
– В ту ночь я хотел закончить начатое с тобой в постели.
– Поэтому ты и женился на мне?
– Нет. Но сейчас мне ничто и никто не помешает обладать тобою, – произнося последнюю фразу с хрипотцой в голосе, Дерек начал снимать с себя одежду и сбрасывать сапоги.
– Дерек, а ты уверен, что сейчас тебе повезет больше, чем в ту ночь? – начала играть с ним Оливия, отступая назад.
– А кто мне может помешать?
– Я.
– Ты не сможешь мне отказать.
– Откуда такая уверенность?
– Я вижу это по твоим жадным взглядам и влажным губам, которые ждут моих поцелуев. И я сделаю все, чтобы ты была влажная, когда будешь впускать меня в себя.
– Ты слишком самоуверен.
– Возможно, но это мы обсудим позже.
И не сдерживая больше своего желания, Дерек потянул ее за руку к себе, заключая в кольце своих рук и покрывая поцелуем ее алые губы. Оливия всем телом прижалась к мужу, позволяя и одобряя все его натиски.
Она дарила себя и брала взамен. Он брал, но отдавал гораздо больше, чем сам думал и хотел.
Трудно контролировать себя, когда пылкие сердца испытывают настоящие чувства.
– Вроде бы кто-то собирался меня остановить, – удовлетворенно и блаженно прижимая жену к себе, проговорил Дерек.
