Как было приятно смотреть за шутливой перепалкой супругов. Очень мало счастливых браков в их кругах. Но ее сестре повезло, она вошла в это небольшое количество.
– Грустишь? – спросил Грэм, воспользовавшись ее одиночеством, чтобы продолжить свои ухаживания.
– Отнюдь.
– Ты изменилась.
– Ты тоже.
– Я теперь понимаю, что потерял два года назад.
– Только теперь?
– Нет, – поспешил он исправить свою оплошность. – Я все эти годы думал о тебе. Но и вообразить не мог, насколько ты станешь прекрасна.
– Ты стал большим ценителем только внешней красоты, как я посмотрю. Но разбираться в людях лучше не стал.
– Ты жестока ко мне. До сих пор не можешь простить то, что я тогда опоздал?
– Грэм, я ничуть не жалею, что все у нас так вышло. Даже благодарна тебе за это.
– Я не верю, что этот жестокий, грубый мужлан может сделать тебя счастливой.
– А я и не собираюсь никому ничего доказывать. Каждый вправе думать все, что хочет.
– А как же наша любовь? Ты забыла, как нам было хорошо, как мы мечтали? Ради меня ты готова была пойти против воли отца и всего общества.
– Глупая и взбалмошная была. А теперь благодарна судьбе, что все у нас с тобой так вышло.
Оливия и действительно так считала. И отдавала себе в этом отчет.
В этот момент к ним приближалась Сисилия, виляя бедрами и пожирая голодными глазами Грэма.
– Добрый вечер, дорогая невестка, – промурлыкала она, не отрывая взгляда от Грэма. – За эти два дня я вообще потеряла тебя из виду.
– Только не говори, что скучала.
– Оливия, дорогая, ты не хочешь представить меня своему поклоннику?
– Это старый друг семьи, Грэм, лорд Крайфери.
Глаза Сисилии округлились, губы расплылись в улыбке.
– Так это и есть тот самый Грэм Крайфери?
– Миледи, что вы имеете в виду под словами – «тот самый»? – спросил Грэм, польщенный своей известностью.
– Ну как, всем хорошо известно о вашей несчастной любви с Оливией. О не сбывшейся вашей общей мечте.
– Сисилия, не стоит шокировать Грэма своим воображением и фантазиями. И не усердствуй уж сильно. Меня ты не смутишь, а с Грэмом вы можете найти гораздо более интересные темы для общения. Да, Грэм? Разреши тебе представить Сисилию Фергисон.
Молодые поприветствовали друг друга.
– С вашего разрешения, я вас покину. День был насыщенным и утомительным.
И, не дожидаясь от них ответа, Оливия покинула надоедливую пару, чье общество стало ее утомлять. Она не пошла сразу в комнату, а решила пройтись по ухоженному саду и подышать свежим воздухом. Ей было о чем подумать.
Дерек Фергисон был и остается для нее неразгаданной загадкой. Он вызывал в ней бурю противоречивых эмоций. Манит ее и одновременно отталкивает. Его поступки не поддаются логике. Он обвиняет ее в покушении на его жизнь и в то же время не запирает в темнице и не держит в заточении.
Пусть и по приказу короля, но берет ее с собой во дворец, спит с ней в одной постели. Изображает из себя влюбленного супруга. И, как оказывается, женившись на ней, нарушает планы короля относительно его брака. Готов отпустить ее, не получив законного наследника.
Как много вопросов. И нет ни одного ответа.
В этот момент в комнату супругов Фергисон незаметно проник человеческий силуэт в темном плаще с капюшоном. Действуя бесшумно и быстро, силуэт подошел к трюмо, открыл шкатулку с драгоценностями, задержался буквально на пару секунд и быстро покинул комнату, так и оставшись незамеченным.
Первой в комнату вернулась Оливия, прогулка по свежему воздуху немного ее расслабила и успокоила. Быстро переодевшись и приготовившись ко сну, она моментально уснула, так и не заметив, что до ее прихода опять в комнате кто-то побывал.
Дерек вернулся в комнату гораздо позже. Отсутствие Оливии на ужине он заметил сразу. Но слуга, через которого Оливия передала Дереку информацию о намерении пойти в свои покои, его успокоил.
Лорд сразу хотел последовать за женой, но король требовал его компании, опустошая очередной кубок с вином. Король был непоколебим в своих прихотях и слабостях. И Дерек давно понял, что в таких случаях с монархом лучше не спорить. Он неоднократно видел, как его милость сменялась на гнев, а гнев на милость.
Когда Дерек вернулся в комнату, Оливия уже спала. В эти минуты ему ничто не мешало любоваться ею. Ругая и уступая своим слабостям, он на удивление быстро уснул.
Но опять ненадолго.
Этим же вечером, глубоко за полночь, Грэм возвращался по темному саду от очередной пассии, с которой приятно провел несколько часов. Постоянная вереница волочащихся за ним женских юбок стала его утомлять. К плотским утехам он стал относиться, как к спорту, отшлифовывая и совершенствуя свое мастерство.
Но сегодня, кувыркаясь с очередной фрейлин королевы, он был особо неутомим и пылок, представляя и мечтая об Оливии. Такого сильного возбуждения он давно не испытывал. Представляя ее, он все больше горел в страсти и не мог ее погасить. Ее образ не покидал его и сейчас. Легкая улыбка заиграла на лице.
– Грэм, – раздался неожиданный женский голос из темноты сада.
– Кто здесь? – схватившись по привычке за меч, спросил Грэм.
– Я могу помочь тебе отомстить лорду Фергисону.
– Кто ты?
