- Рауль все ещё в Париже и пока он приедет, я уже раз десять доеду до тетушек и обратно, – с небрежной улыбкой вновь произнесла она, ласково накрыв ладонь отца своей рукой. – Пап, все нормально. Я люблю управлять машиной. К тому же, помимо Рима мы ещё планировали посетить ряд других городов.
- Но я хочу, чтобы ты взяла шофера, – твердо посмотрев в глаза дочери, не унимался седовласый мужчина. – Я же вижу, что тебе сегодня…
Потупив взгляд, Лукас на секунду замешкался.
- Что ты устала.
Почувствовав легкий укол стыда за свой вчерашний разгул в области спиртного, Микелина смиренно опустила взгляд, сложив ладони на коленях.
Новая идея пришла совершенно внезапно и с учетом того, что они все равно вряд ли куда-то поедут, она и вовсе выглядела не такой уж абсурдной, какой казалось на первый взгляд.
- Хорошо, – тихо произнесла она, – если ты так хочешь, я возьму с собой шофера. Энрико прекрасно справляется с этими обязанностями.
- Энрико? – непонимающе сведя брови, переспросил Лукас. – Кто это?
Заметив несколько затянувшуюся паузу, Изабель отложила вилку в сторону и поспешила ответить вместо отчего-то замолчавшей сестры.
- Это… это ваш садовник, дядя, – заметив помрачневший взгляд Лукаса, она невинно улыбнулась, поспешно опуская взгляд на колени.
- Это что, шутка? – не повышая тона, голос отца все же стал намного резче, чем прежде.
- А что в этом такого? – подняв голову, вдруг неожиданно спросила Микелина. – Он уже на практике доказал свое умение отлично управлять машиной.
- Филипп сказал мне, что вчера ты пользовалась «Фаэтоном». Но я никак не думал, что в шоферы ты возьмешь обычного садовника!
Взвинченная из-за предстоящего разговора о казино, уставшая от вечных надзирателей отца, Мике и не думала отказываться от своего предложения. По крайней мере, Энрико бы не мешался у нее под ногами и не выведывал каждый раз, что произошло. С Филиппом и Раулем все было совсем не так. Она никогда не могла расслабиться в их присутствии. Хотя, после вчерашнего случая она уже не была столь уверена, что так уж хочет долгожданной свободы действий.
- Он хорошо водит, пап. Тебе не стоит волноваться, – упавшим от сожаления голосом, тихо проронила она.
Краем уха услышав, как Лукас вызвал к себе их нового садовника, устроив ему допрос с пристрастием, Микелина вновь окунулась в эпизоды прошедшей ночи. Как же она могла забыть о подарке отца? Как могла так безответственно поставить на кон красную папку с акциями семейной компании? Возможно, всему виной было ее упорное нежелание занимать ответственную должность под началом действующего вице-президента в «Траст Инкорпорейтид». Боже, да что там говорить, она вообще не хотела занимать какую-то должность. Ну почему она не может быть как все ее подруги: беззаботно сидеть дома, веселиться с друзьями, отягощая плечи супруга заботой о финансовом состоянии? Возможно, она так хотела избавиться от угнетающей участи бизнес-леди, что и на самом деле позабыла об акциях. И как ей теперь с этим жить? А тот странный мужчина в черных джинсах, открыл ли он уже ее папку? Увидел акции? Заявил на них свои права? Или быть может, он ещё спит и не проверял выигранный накануне куш? Что если ей удастся убедить его вернуть ей папку? Она могла бы продать свою машину, часть драгоценностей, собрать сумму намного больше стоимости ресторана и выкупить небольшую папку со всеми лежащими внутри документами. Такая идея казалась ей вполне подходящей, вот только почти нереальной…
- И сколько же лет вы уже водите машину? – донесся до ее сознания строгий голос отца.
Посмотрев вперед, Микелина увидела стоящего по центру комнаты Энрико в темно-зеленом комбинезоне садовника.
- Почти десять лет, синьор.
- Хорошо. Можете взять мерседес «ML», – со вздохом уступив напору дочери, неохотно согласился Лукас.
Внезапная мысль заставила его широко раскрыть глаза.
- Да вы хоть сможете распознать эту машину среди других в моем гараже?
- Я смогу, – устав от этого бесполезного запугивания прислуги, отозвалась Микелина. – Пап, дело не в Энрико. Он и правда неплохо справляется с рулем.
Взглядом отпустив оторопелого мужчину, Лукас внимательно посмотрел в отчего-то поникшее лицо дочери.
- А в чем тогда?
«Сейчас или никогда», - мысленно проговорила себе девушка и, сделав глубокий вдох, решительно посмотрела в глаза отца.
- Понимаешь, вчера произошло кое-что, о чем я даже не знаю, как тебе сказать… Вчера я…
- Вчера ты приняла предложение Марко Сальвьери, – перебив заметно занервничавшую девушку, ухмыльнулся собеседник. – Знаю. Я уже заметил кольцо.
По мере того, как из груди постепенно вырывались накопленные остатки воздуха, решительность ее постыдного признания таяла, словно дым на ветру. Совсем не о помолвке она думала, начиная эту беседу.
- И что? Ты мне даже ничего об этом не скажешь? – непроизвольно уцепившись за спасительную соломинку кратковременной отсрочки приговора, тихо спросила она.
