На работе отца Николая не оказалось, и Варвара заняла удобную диспозицию напротив церкви и принялась ждать. Время от времени она обходила церквушку вокруг, протаптывала дорожку перед ней, прислонялась к дереву, сутулилась и начинала что-то бормотать про себя, играя роль богомолки немного не от «мира сего».
Когда она присела на скамью под раскидистой липой, к ней сразу подбежала дворняга с печальными глазами. Собака бы невероятно худой, с впавшими боками и выдранным клоком шерсти с подозрительно темным пятном, похожим на засохшую кровь. Издалека ее можно было принять за породистую борзую — тонкая, элегантная…
Варвара вытянула вперед руки.
— Ничего нет, к сожалению, — проговорила она. — Я бы тебя покормила, но видишь, пусто.
Варвара обвела глазами улочку, магазина продуктов поблизости не наблюдалось.
— Я не имею права отлучаться. Понимаешь? — тихо сказала она собаке.
Та слушала внимательно, напряженно и даже в знак согласия повела ушами.
— Но ты очень голодна, да? И как быть? Может, все-таки сбегать?
Сделав марш-бросок в ближайший продуктовый магазин, Варвара вернулась оттуда с пакетом сосисок. Собака сопровождала ее туда и обратно. Но сейчас остановилась поодаль, словно ей было стыдно подходить и выклянчивать еду.
— Гордая и независимая. Понимаю. Сама такая. Но поесть нужно, иначе ты совсем отощаешь.
Она бросила сосиску, и собака медленно, словно нехотя, съела ее. Она ела, косясь на Варвару, как будто бы ей было неудобно и за свой голод, и за аппетит, и за ввалившиеся бока.
Худая, с длинными лапами и добрыми глазами, собака почему-то напомнила Гошу.
«Тьфу ты! — выругалась Варвара. — Только об этом думать сейчас не хватало!»
Но мысли все-таки просачивались… Она не могла отделаться от воспоминаний: Гошины слова, взгляды, прикосновения. Все было ярко, мимолетно, неожиданно и не стиралось из памяти, не проходило.
— Дура я, — с тоской сказала Варвара, — натуральная дурочка.
Собака оторвалась от еды и с укоризной посмотрела на нее, с этой точкой зрения она была не согласна…
— Спасибо на этом, — усмехнулась Варвара. — Приятно, конечно, осознавать, что ты не полное чмо.
Доев сосиски, собака отошла в сторону.
— Ладно. Мне пора вставать на свой пост снова. А то пропущу что-нибудь важное и нужное.
Варвара крутилась возле церкви, то выходила из нее, то входила снова… Она понимала, что уже привлекла к себе внимание, и поэтому, подойдя к женщине, продававшей церковные товары, с ходу сочинила историю, что она разыскивает одного батюшку, который, как ей сказали, служил тут раньше. Амвросий. В ответ она услышала, что такого не знают. Здесь полгода как служит батюшка Николай и уже заслужил уважение паствы. Добрый, смиренный, внимательный. А до него отец Кирилл был. Тоже хороший. Но Николай — душевней.
— Хотя это грех говорить о людях осуждающе, — и молодая женщина перекрестила рот.
— Ничего, — успокоила ее Варвара, — вы не осуждаете, а просто рассказываете. Похвалить тоже нужно.
— И это грех, — возразила ей женщина. — Каждый должен делать свое дело смиренно и кротко.
— Может быть, я что-то напутала, и отец Амвросий в другой церкви служит, — изобразив растерянность, проговорила Варвара. — Или был здесь несколько лет назад, вдруг кто-нибудь знает…
— Поспрошайте, — согласилась ее собеседница, — может, кто вам и подскажет…
Варвара расспрашивала прихожан, не забывая при этом осматриваться по сторонам и наблюдать за вновь входившими. Она старалась каждого
Началась служба, но, как она узнала у одной из прихожанок, — вел ее не отец Николай, а отец Феодосий. Священник из другой церкви, сельской, неподалеку. А на вопрос, где отец Николай, прихожанка пожала плечами:
— Не знаю. Может быть, заболел? Его вчера уже не было.
Домой Варвара не поехала, слишком была разбита, тащиться на электричку не было сил. Решила заночевать в городе. Она включила навигатор, посмотреть, как дойти до гостиницы, и тут увидела дворняжку, сопровождавшую ее днем.
— Ты чего, бедолага? Не спится? — Она нагнулась и погладила собаку между ушами.
Ей показалось, что собака издала протяжный вздох.
Дворняга села и уставилась на Варвару, в темноте ее глаза блестели.
— Надо найти гостиницу, хочу здесь заночевать, — сказала Варвара. — Если бы ты умела говорить, то отвела бы меня туда. Но придется обойтись подсказкой гаджета.
Гостиница находилась в ста метрах от церкви. Варвара взяла курс туда. Псина бодро семенила рядом.
В гостинице ей дали номер на первом этаже — по ее требованию. Дело в том, что у Варвары был определенный план.
Собака стояла под окном, Варвара открыла окно и втащила псину в номер.
Узкие две кровати, стол, тумбочка, шкаф с рассохшимися дверцами. В принципе ничего другого от провинциальной гостиницы она и не ожидала.
— Будешь спать здесь, — указала Варвара на коврик перед кроватью. — И чтобы ни звука, не говоря уж о лае.
Собака посмотрела на нее укоризненно.
«Думаешь, я такая глупая? — казалось, вопрошал ее взгляд. — Да я умнее многих людей, не волнуйся, буду как мышка…»
