— Для меня — имеет. Во-первых, меня отправили в командировку, а во-вторых, я должен был разделаться со старыми делами.
— И как — разделался?
— Варь! — с отчаянием воскликнул Гоша. — Ну что ты дуешься? Я все время думал о тебе.
— Плохо думал!
— Замечательно думал! Каждое утро, вечер и в течение дня.
— С чего бы мне тебе верить?
— Мне, наверное, трудно все объяснить.
— А никто и не просит объяснять! — рассердилась Варвара.
Она, видите ли, переживала по поводу отсутствия звонков, нервничала, а теперь ей звонят как ни в чем не бывало и вешают лапшу на уши…
«Повесь трубку немедленно! — завопил кто-то внутри нее. — Гнать таких кавалеров в шею!»
Другой голос был более вкрадчив и уговаривал не делать быстрых и поспешных шагов, как советовалось в статье одного женского психолога.
— Сейчас доказательство моей любви позвонит тебе в дверь.
— Это что еще такое? — насторожилась Варвара. А Булька подняла одно ухо и гавкнула.
В дверь раздался звонок.
— Я не открою.
— Не подводи курьера, Варечка. Открой!
— А что за курьер?
— Открой — и увидишь. Неужели ты лишена главного женского порока — любопытства?
— Я много чего лишена, особенно женских пороков.
— Я знаю, дорогая. Поэтому я тебя и люблю…
Варвара боролась с искушениями: повесить трубку или подойти к двери. Победило второе.
— Я подожду, — услышала она в трубке. — Иди открой.
Курьер стоял на пороге с огромным букетом цветов. В букете были розы, астры, лилии, герберы…
— Распишитесь тут, — протянул ей бумагу курьер.
Варвара расписалась.
В коридоре, оставшись одна, она поднесла букет к лицу. И увидела НЕЧТО. Маленькую темно-бордовую бархатную коробочку, мерцавшую в глубине.
Варвара вошла в комнату и опустилась на стул. Потом с опаской вынула коробочку и, подержав какое-то время в руках, открыла.
Там переливалось тонкое кольцо с бриллиантами.
Почему-то на цыпочках Варвара вернулась к телефону.
— Алло! — услышала она веселый Гошин голос. — Открыла подарок?
— Это что такое? — Голос у Вари неожиданно сел.
— Кольцо в честь нашей помолвки.
— Нашей… чего? — не поверила ушам Варвара. — Какой такой помолвки?
— Обычной. Ты разве против?
— А ты меня спрашивал?
— Нет. Проявил самостоятельность. Надеюсь, ты не против…
— Надеяться… — Варвара замолчала. — Гош, прости, созвонимся позже.
— Конечно, но знай, что я тебя очень люблю и ждал всю жизнь…
Варвара прошла в коридор, потом снова в комнату. Надела кольцо. Подняла руку вверх, и бриллианты засверкали в дневном свете…
— Гоша, да что же это такое? Какая помолвка, мы с тобой провели всего одну ночь, — тихо сказала она. — Так не бывает.
Или бывает?
И все женские гуру со своими советами, как поймать и удержать мужчину, летят к черту.
Мужчина и женщина подходят друг другу. Или нет. Они половинки одного целого или разные люди… И никакой необходимости ходить кругами, неделями, месяцами, годами нет. Все выясняется довольно быстро. На уровне взглядов, прикосновений, рук, объятий и поцелуев. Запахов, мыслей. Судьбы.
— Гоша, так не бывает! — простонала Варвара, раскачиваясь из стороны в сторону. — Я уже приготовилась жить своей жизнью, но тут являешься ты, и все летит вверх тормашками. Черное становится белым. А белое — черным. И я ничего не понимаю. И нужно ли понимать? Мы с тобой учились в одной школе, ты за мной бегал, а я втайне тебя терпеть не могла, потому что мой любимый учитель Григорий Семенович выделял тебя и ставил на первое место. А я оказалась на втором. И это злило меня больше всего. И что у нас было тогда? Несколько букетов, пара походов в кино и кафе. И два или три поцелуя в щеку. Все! Потом разлука длиной в пятнадцать лет. Встреча. Одна ночь. И все! И это действительно оказалось ВСЕ.
Все. Весь прошлый, настоящий и будущий мир. Любовь как воронка затягивает в себя не только то, что было, но и то, что есть и будет. И то, что было до первой встречи. Ничего не отменяется. А только умножается и расцветает. Мир вдруг приобрел невиданную глубину и резкость. И диковинные цветы растут вверх, салютуют еще не рожденным людям, идеям, чувствам, мыслям. Как напоминание о том, что любовь — самое непостижимое, таинственное и благодатное чувство.
Варя сидела в коридоре и плакала, а Булька топталась рядом и лизала ее руки не то в знак благодарности, не то от удивления, что они — соленые.
Идиллию нарушил начальник, он позвонил и сообщил, что опальный олигарх Дмитрий Беркович, который находится у них в разработке, вышел на яхте в открытое море, и на этой же яхте пребывает известная телеведущая Елена Демченко. И теперь им нужно перехватывать всю информацию и радиосигналы, идущие с яхты, и расшифровывать их.
Елена совершала прогулку по яхте, и вновь на ее пути возник Серж Леон. Встречаться с ним не хотелось, и, пока он ее не увидел, Елена заскочила в ближайшую приоткрытую дверь. Это оказалось какое-то служебное помещение. Было темно, свет падал откуда-то сбоку. Тянуло сквозняком.
Елена поежилась. Вдруг дверь открылась, оказывается, Серж Леон шел именно сюда. Вот черт! Она метнулась в сторону и присела между ящиков, вся дрожа.
В помещение вошли двое. Серж Леон и еще один мужчина.
— И где же она?
