Несколько часов длилась борьба команды с волнами и гравитацией, но теплоход прочно сидел на камнях. И как только появились первые признаки темноты, капитан распорядился всем, кроме команды, сойти на берег.
На воду спустили шлюпку. Первыми в нее сели женщины, потом Мохначев и еще несколько дайверов. Волны раскачивали посудину так, что приходилось крепко держаться за края скамьи. Несколько раз их чуть не выбросило на камни. Наконец лодка ткнулась носом в каменный берег, и несколько человек соскочили на него. Женщинам помогли сойти. Им обеим не верилось, что этот страшный маршрут позади.
Еще одним рейсом лодка доставила оставшихся дайверов, среди которых оказался Василий, муж Анжелики.
– А как же они? – Полина кивнула на теплоход.
– Моряки – люди привычные. Подмогу им вызвали. Приплывет буксир, сдернет теплоход с камней и утащит в порт.
Поднявшись в гору, все разбрелись по камням. Расселись, кто куда смог. Через час с небольшим в тоннеле раздался скрежет, после чего из него выкатился красный вагончик.
Василий сбежал вниз и стал махать руками. Остановив мотовоз, машинист высунулся в окно:
– Дайверы?
– Дайверы! – ответил Василий и, обернувшись, позвал товарищей: – Быстро!
Все устроились в вагоне, за спиной машиниста. Мотовоз тронулся. Набирая скорость, он со скрипом преодолевал повороты, входил и выходил из тоннелей. Свет фар выхватывал из тьмы древние шпалы, каменистую осыпь и две стальные полосы рельсов.
Машинист обернулся:
– Золото ищете, ага?
Больше за всю дорогу он не сказал ни слова. Его пассажиры тоже молчали. По прибытии на железнодорожную станцию они разошлись по такси. К двенадцати часам ночи путешественники благополучно добрались до санатория.
У спального корпуса Полину поджидал Вадим Егорович Карелин. Она кинулась к нему:
– Ну что?
– Сергей Васильевич сейчас на пути в Слюдянку. Он сам вам все объяснит. Кстати, ни он, ни я не смогли до вас дозвониться.
Схватившись за телефон, Полина обнаружила, что он разрядился.
– Какая же я дура… – сказала она себе и вдруг почувствовала, что по щекам текут слезы радости.
Ночью приехал Сергей. Было почти три, когда он, уставший, вошел в комнату. Полина всю ночь ждала, но именно к этому моменту уснула.
Сергей тихонько прилег рядом с женой, положил голову на подушку и стал смотреть на нее. Ему показалось, что она чуть-чуть похудела. Было в ее лице что-то такое, какая-то потаенная горечь или боль, которой он до сих пор не замечал.
«Или не хотел замечать». – Дуло мысленно себя упрекнул.
Только теперь Сергей почувствовал, как хотел ее видеть.
«Милая моя», – прошептал он, укрыл жену одеялом и пошел в ванную. Спустя десять минут вернулся и беззвучно лег на свою половину.
Полина проснулась первой в восемь утра. Ее разбудило тревожное чувство, как будто она что-то не завершила или кого-то не дождалась. Но, как только открыла глаза, на душе стало спокойно: рядом с ней мирно сопел Сергей.
Затаившись, Полина долго смотрела в его лицо. Потом, не выдержав, провела пальцами по щеке:
– Похудел…
Сергей Дуло открыл глаза. Глядя друг на друга, они просто молчали. Наконец Полина прижалась к нему и тихо спросила:
– Что случилось? Ты где потерялся?
Сергей обнял ее и поцеловал так, как целуют любимого человека после долгой разлуки.
В кровати они провалялись часов до двенадцати, намеренно пропустив завтрак. Им было слишком хорошо вместе.
– Тебе нужно пойти к главврачу, – сказала Полина.
– Зачем? Я здоров.
– Так полагается. Когда приезжаешь в санаторий, первым делом нужно идти к главврачу. Он посмотрит выписку из медицинской карточки, определит, какие процедуры тебе стоит пройти.
– Хорошо, как только появится время, зайду, – нехотя пообещал он, думая о том, как объяснить жене, что уже сегодня он должен вернуться в Кабанск.
Словно подслушав его мысли, Полина спросила:
– Надеюсь, ты все там закончил? Кстати, что случилось? Куда ты пропал?
– Пришлось вылететь на вертолете в тайгу. Там задержался.
– Так серьезно? – Она приподняла голову, подперла ее рукой и внимательно заглянула ему в глаза.
– Все очень запутанно… – Сергей решил уйти от опасной темы. – Как твое здоровье? Как маленький?
– Все нормально.
– Ты всегда говоришь так, если что-то не так.
– Врач сказала, никаких отклонений. Только… – почувствовав, что сейчас заплачет, Полина вдруг замолчала.
– Что? – Сергей взял в ладони ее лицо и повернул к себе. – Что не так? Говори…
– Он не шевелится…
– А должен?
Полина неожиданно улыбнулась:
– Ты непроходимый болван, Дуло!
– Как по мне, я считаю, родился – тогда шевелись.
– Не-е-ет, – протянула она. – Малыш должен шевелиться еще в животе у матери.
– А наш не шевелится? – Сергей понял, что это серьезно, и на глазах побледнел.
– Только не волнуйся! – запротестовала Полина и мигом взяла себя в руки. – У всех бывает по-разному.
– Что бывает по-разному? – въедливо поинтересовался Сергей. – Когда он должен был начать шевелиться? А сердце? Сердце стучит?
– Стучит, стучит… – успокоила Полина. – Зря я завела с тобой этот разговор.
– С кем же еще тебе говорить?
– С врачом.
– И что говорит он?
