На зов явился молодцеватый дяденька в некоем подобии гимнастёрки – странная форма у охранников всех мастей! – и подтвердил: всё верно, позавчера вечером был курьер, его сопровождал отдельный человек. На входе предъявил оружие, показал документы частного охранного агентства. Охранники созвонились с Еленой Васильевной, она сказала, что ждёт, их и пропустили.
– А что такое? – спросил охранник, закончив рассказ. – Документы в полном порядке были! И Елена Васильевна с работы ушла сама, никто ей не угрожал, не тащил! Она даже в хорошем настроении была, совсем не по последнему времени!
– И больше вы её не видели? – зачем-то спросила Маня.
– Никак нет, не видели. Утром узнали, что её… что погибла она.
…Выходит, драгоценности привезли как раз накануне её убийства. И куда они делись?
– Ромка, у тебя есть ключи от сейфа Елены Васильевны?
– У нас есть, – вмешался охранник. – Мы дубликаты у себя держим на всякий случай. Так Максим Андреевич распорядился.
– Нам нужно проверить её сейф.
– Зачем? Что мы будем искать?
– Изумруды, как на планете Эпсилон Тукана, – сказала Маня. – Дивной красоты и бешеных денег!..
Но никаких драгоценностей – ни земных, ни инопланетных – в сейфе помощницы не оказалось. Маня вместе с Романом десять раз перебрали всё содержимое.
– Мань. – Роману надоело перебирать бумаги, и чувствовал он себя неловко, неприятно. – Тебя, по-моему, не туда занесло. Ты всё придумала.
– Да в том-то и дело, что нет. – Маня окинула взглядом аккуратно разложенные на столе папки. – Я видела фотографии своими глазами, и Елена мне сказала, что о драгоценностях никто не знал, кроме неё и Максима. Теперь их обоих нет, и драгоценностей тоже нет. Выходит, всё же ещё кто-то знал?
И они с Романом посмотрели друг на друга.
Тут Маню вдруг осенило.
Так ярко, что она даже зажмурилась.
– Ром, я должна немедленно ехать! Дай мне вот ту длинную машину, помнишь, ты меня на ней отправлял! Очень хорошая машина, просто отличная! И где Павел?
Маня выскочила в коридор, заметалась в разные стороны и обнаружила Павла на подоконнике. Он сидел и набирал что-то в телефоне.
– Давай, – сказала Маня. – Быстрей! Мы можем опоздать!
Пихая в спину Павла, у которого то ли координация нарушилась, то ли ноги отказали, писательница Покровская ворвалась в калитку и заспешила по дорожке, вымощенной розовым кирпичом, к дому.
Она хромала и сильно опиралась на трость-бультерьера.
Павел смотрел себе под ноги.
Со стороны дома прибежала Фиби, гигантская собака, вопросительно замерла, а потом приблизилась и шевельнула кольцом хвоста.
– Привет, – сказала ей Маня. – Где твои родственники?…
– Она чужих не любит, – пробормотал Павел, – а вас признала.
– Потому что я не чужой.
С крыльца скатилась Машка и бросилась Павлу на шею.
– Ты приехал! – закричала она, повиснув на его шее. – Павлуш, как хорошо, что ты приехал!.. Тебя отпустили? Совсем отпустили, да? Навсегда?
Павел подхватил её, закружил, но потом словно опомнился и осторожно опустил на землю.
– Мама! – надрывалась Машка, увлекая Павла в сад. – Павел приехал! Мама, ты слышишь?
Она засмеялась, поцеловала его в щёку, а потом ещё раз – в ладонь.
Маня пошла вокруг дома на лужайку. Из роз навстречу ей торопливо выбралась домоправительница Рита.
– Вот и хорошо, вот и слава богу, – заговорила она. – Приехала! Женя с Феденькой на пристань ушли. Она с нами теперь и разговаривает, вот и гуляет сегодня в первый раз. А всё ты, дочка.
– Они давно ушли?
– Да я на часы-то не смотрела. Ну, с полчаса точно. А что? Ты спешишь, что ли? Всё равно дождись Женю, дождись! Она о тебе спрашивала.
– Мы с Павлом вместе приехали.
– Отпустили?! – ахнула Рита. – А то прям не знаешь, что делать, когда ребят на глазах хватают и в милицию везут! А ты где его подобрала, дочка?
– Мне его в следственном комитете выдали ещё вчера, – объяснила Маня. – Можно я на диван сяду? Нога болит.
– Ступай, ступай, конечно! Я тебе туда сейчас кофейку принесу.
– Лучше чаю, – попросила Маня и захромала на лужайку.
Ей не терпелось поговорить с Женей, и она сильно нервничала. От беспокойства сохло во рту, и руки были липкими.
…А что, если всё-таки… она, Женя? Где она была утром, когда убили Елену Васильевну? Как это проверить? Позвонить Раневскому? И что он сделает?
Маня понимала, что «ведёт своё расследование» неправильно, кое-как! Вот ей совсем не хочется подозревать Женю или Павла Кондратьева, и она делает всё, чтобы доказать самой себе, что они ни при чём. А что, если она упускает… самое важное, главное?
Итак, что там самое главное?… Мотив, возможность и средство.
Мотив у жены Максима был – он обзавёлся любовницей, и, видимо, дело оказалось серьёзным, раз Женя даже уехала из дома!.. Так сказал Павел.
Впрочем, у Павла тоже был мотив – Максим не разрешал ему видеться с Машкой, но Павел никак не мог застрелить ещё и Елену Васильевну, потому что в день убийства ночевал в камере!..
…Возможность?
И возможность у Жени есть – она стреляет без промаха, и наверняка достать пистолет для неё пара пустяков. Она связана со стрелковым клубом, там наверняка подскажут все входы и выходы.
