Эта десятилетняя девочка была наполовину ребенком наполовину женщиной; временами она казалась соответствующей своему возрасту, а иногда была гораздо мудрее. Она бесстыдно подслушивала у дверей; она наблюдала за людьми и выслеживала их; роль шпиона-защитника была ей по душе. Однажды она сказала, что видела целующихся Ланса и Эмму, а когда я надавила на нее, призналась, что они просто стояли рядом и беседовали. Если не случалось чего-либо, угодного ей, она пыталась делать так, чтобы это произошло, и иногда воображала, что это уже случилось. Сабрина не лгала в обычном смысле слова, но воображение заводило ее далеко. Когда я сказала, что нельзя говорить, будто они целовались, если они этого не делали, она ответила:
- Но они могли целоваться, пока я не следила за ними.
Такова была ее логика. Эта девочка была одержима идеей спасти мою жизнь.
Поэтому, когда на следующий день Сабрина заболела, я засомневалась, не является ли ее болезнь.., не то чтобы обманом, но результатом богатого воображения, так как она очень хотела доказать свое мнение о лекарстве.
Я сразу пришла навестить ее. Она лежала очень тихо, с глазами, устремленными к потолку. Я забеспокоилась и опустилась на колени возле кровати, но тут увидела, как на ее лице промелькнула удовлетворенная улыбка.
- Сабрина, - прошептала я, - ты притворяешься.
- Я плохо себя чувствую, - сказала она, - и у меня были боли в желудке.
Я сразу решила, что она где-то слышала о симптомах отравления.
- А где болело? - спросила я. Она поколебалась и затем положила руки на желудок.
- Сабрина, - сказала я, - ты уверена, что тебе это не кажется?
Она энергично потрясла головой.
- Это как раз то, что случается с пробователями, - прошептала она. Ее глаза округлились от волнения. - Прошлой ночью я попробовала микстуру, и одного глотка было достаточно.
Она драматически всплеснула руками. Я попыталась засмеяться, но ужасное беспокойство помешало мне.
- Ты сочиняешь, - сказала я.
- Я умру за тебя, Кларисса! - пылко воскликнула она.
- Нет, не умрешь, - резко возразила я. - Ты будешь жить ради меня.
- Ну, ладно, - сказала она почти неохотно.
- А что если нам одеться и пойти погулять в лесу? Будь готова через полчаса.
- Можно мне сперва позавтракать? Я голодна. Я рассмеялась и, нагнувшись, поцеловала ее. Мы пошли через лес к дыре в долине.
- Только будь осторожна, Сабрина, - сказала я. - Если когда-либо придешь сюда одна, не подходи слишком близко.
- Хорошо, не подойду. Теперь мне не до старой дыре в долине.
Я поняла, что наша домашняя драма представляется ей гораздо более интересной, чем яма в долине.
***
Несколько дней спустя я сидела в саду на деревянной скамейке под кустами, когда пришла Сабрина и села рядом. У нее был одновременно таинственный и торжествующий вид, и поэтому я поняла, что произошло что-то значительное.
- Ну? - спросила я.
- Я кое-что обнаружила. Думаю, это может быть важной нитью.
- Так расскажи мне.
- Ты сочтешь, что я была не права, делая это.
Обещай не считать так.
- Как же я могу обещать, пока не знаю, в чем дело?
- Я следила за ними...
- За кем?
- О, ты знаешь. За Лансом и Эммой. Я прихвачу их, и тогда мы будем знать все наверняка. Ее дверь была открыта, когда я проходила мимо, и я заглянула внутрь. Эмма сидела у своего трюмо, и я увидела, как она что-то вынула из ящика. Она смотрела на предмет, и я захотела узнать, что же это такое.
- Долго же ты проходила мимо! - сказала я. - Как это тебе удалось увидеть так много?
- Ну, я остановилась на минутку.
- И шпионила за ней.
- Я и есть в некотором роде шпионка. Это моя работа. Я раскрываю загадочные дела. Но послушай, что я нашла. Я подождала, пока она вышла, затем вошла в ее комнату. Я видела, куда она положила ту вещь, которую рассматривала. Ты знаешь о потайных ящиках? Нужно вытащить один ящик, а сзади него есть другой. Вот в него она и положила это.., в секретный ящик. Ну, а я вошла обнаружила.., угадай что.
- Скажи же мне.
Сабрина засунула руку в карман и когда вытащила ее на ладони что-то лежало. Это было мое кольцо.
Я так удивилась, увидев его, что разинула рот. Сабрина наблюдала за мной с удовлетворением.
- Он дал его ей. Он дал ей твое кольцо.
- Нет... Он проиграл его в карты.
- Так он тебе сказал, - насмешливо проговорила Сабрина. - Она хотела безоаровое кольцо и сказала:
"Дайте мне кольцо, и я буду вашей". И он отдал его ей.
Я покачала головой, но, конечно, наполовину поверила ее словам.
Я сидела, уставившись на кольцо, и была очень несчастна, так как в этот момент чувствовала, что в необузданных фантазиях Сабрины есть немалая доля правды.
Она пристально смотрела на меня.
- Они забрали его, - мрачно сказала она, - потому что оно поглощало яд из микстуры...
Мой смех прозвучал немного неубедительно. Мне не хотелось, чтобы она знала, как я обеспокоена. Я думаю, что Сабрина и сама не верила тогда в эти обвинения. Для нее это было игрой, подобно шарадам или игре в наблюдения. Она всегда любила такие игры, в которых надо что-то угадывать или искать.
- Теперь тебе не нужен пробователь, - сказала Сабрина. - У тебя есть кольцо. Я задумчиво сказала:
