Получив приглашение, Джулия налила мятный чай и поднесла его дею. Он не без грации принял его, затем подал знак, чтобы Джулия присоединилась к его трапезе, а не ждала, пока он закончит. Джулия с интересом взглянула на него. Дей обладал чувством юмора и быстро, интуитивно схватывал ситуацию. Вдобавок в его темных глазах светилось что-то похожее на чувствительность, что шло вразрез с трактовкой этой личности.
- Ты не просишь разрешения заговорить, - произнес он, хладнокровно перенося ее изучающий взгляд. - Значит, не желаешь развлечь меня беседой?
Он говорил, не глядя на нее, но она не сомневалась, что он заметил ее удивление.
- Конечно, эфенди, - ответила она, осторожно подбирая слова на изящном турецком, принятом при дворе. - Я лишь подумала, что вы желаете наслаждаться трапезой без помех.
- Мне казалось, франкистанцы определенного сословия считают, что беседа способствует пищеварению.
- Это так, эфенди. Интересуют ли вас обычаи франкистанцев?
- В определенной степени да. Возможно даже, что такие познания окажутся полезны, когда расширятся наши связи с Западом. - Он кивнул. - Ты можешь рассказать мне о своем народе.
- Начать с того, что люди, которых вы называете франкистанцами, принадлежат к разным народам и так же отличаются друг от друга, как арабы отличаются от татар. Моя собственная страна молода, но она большая, и величие ее будет расти. Ее имя - Америка.
- Да, нам приходилось встречаться с американцами.
Он, безусловно, ссылался на сложности, возникшие между Соединенными Штатами, и варварским государством Триполи. В начале века варварские пираты захватили корабль американцев - "Филадельфию" с офицерами и тремястами членами команды на борту. Американские моряки, пытаясь освободить людей и вызволить корабль, высадились в столице Триполи. Они разрушили многие города и сожгли корабль, так как спасти его не удалось. Нескольким человекам удалось остаться в живых, сбежать, но большинство оказалось в рабстве вплоть до конца войны в 1805 году. Джулия сомневалась и удивлялась, но, несмотря на представления людей Запада, дей был намного лучше информирован об этих событиях, чем она сначала подумала. Его следующие слова подтвердили это.
- Но знания такого рода я могу приобрести где-нибудь еще. Расскажи мне, где и как ты жила. Насколько мне известно, твой отец был богатый человек, владеющий многими рабами?
Джулия с удовольствием принялась рассказывать. Она видела, что дей улыбался и несколько раз недоверчиво качал головой. Ему показались весьма запутанными обычаи, связанные с ухаживанием и женитьбой.
- Молодой женщине позволено разговаривать с мужчиной и самой решать, хочет ли она выйти за него?
- Если ее родители считают кавалера подходящим, то да. Иногда на девушку оказывают давление, если брак представляется особенно выгодным. Но обычно родители хотят счастья своим детям и руководствуются их выбором.
- Уверена ли ты, что мужчине позволен лишь один брак в течение всей жизни?
- Это так, эфенди. Только смерть расторгает брачные узы. Правда, есть и другая религия, допускающая расторжение брака в случае супружеской измены или великого бесчестья. Но это случается очень редко.
- А если люди разлюбят друг друга? Если нет наследника?
- Ничего нельзя поделать, эфенди.
- А что если в результате войны женщин оказывается значительно больше, чем мужчин?
- Женщинам приходится оставаться старыми девами, эфенди.
- Это неразумно. Мы, мусульмане, лучше устраиваемся. Мусульманину позволено иметь четырех жен. Таким образом, все женщины получают защиту мужчин. Вдобавок, если одна из жен бесплодна, сохраняется возможность иметь наследника от другой.
- Это справедливо, если в отсутствии ребенка виновата женщина. Но если виноват мужчина, тогда в его гареме четыре или более жен с истраченными впустую жизнями вместо одной, - сказала Джулия.
- Это неважно.
- Я уверена, что для мусульманского мужа важно!
Он посмотрел на нее с изумлением и гневом, точно намеревался приласкать котенка, а тот неожиданно поцарапал его. Осознав свою бестактность, Джулия покраснела.
- Умоляю, простите меня, о правитель времени, - поспешно сказала она. Я не хотела быть непочтительной.
Она ждала, что дей позовет Базима и отправит его за Абдуллой, а тот накажет ее. Дей этого не сделал.
- О женщинах заботятся, их обслуживают, кормят, содержат в роскоши, сказал он наконец. - Они защищены от бедности и несчастий. Чего еще они могут желать?
Джулия сжала губы, не желая более спорить с ним.
- Так чего же? - повторил он вопрос.
- Свободы. Они могут хотеть свободы. Права уходить и приходить, когда вздумается, не отчитываться перед охраной, словно заключенные.
- Охрана существует для их защиты.
- Тогда почему охрана наказывает их, о блистательный дей?
- Чтобы поддерживать порядок.
- Вне сомнения, учитывая скверный нрав и напряженные нервы женщин, причиной чему - их заключение, эфенди.
- Излишняя эмоциональность естественна для женщин, - заявил дей.
- Можно ли судить об этом, не видя их вне стен сераля, о принц верности?
- Значит, в твоей стране женщины иные?
На этот вопрос Джулия ответила не сразу.
