Он подъехал к ресторану на такси, обвел взглядом стоянку и поморщился. Не было знакомого белого «Мерседеса», уехала Татьяна. А может, и не было ее сегодня в офисе. Может, весь день с Шемякиным кувыркалась.
Он стремительным шагом ворвался в приемную, Елена Даниловна с ошеломленным видом вытянулась перед ним. Она помешивала чай, когда он появился, ложечка выпала из ее рук, со звоном ударилась о блюдце и с глухим стуком упала на пол.
– Татьяна Ивановна где?
– Так уехала только что.
– Куда?
– Сказала, что к вам… А вас уже выпустили?
– Сбежал, – усмехнулся Костя.
Пусть звонит в милицию, пусть сдает своего босса. Глядишь, премию получит. Из фондов Министерства внутренних дел. И расчет по увольнению с работы…
– Я никому… – Елена Даниловна двумя руками прижала к груди полную чашечку. – Никогда!
Она очень хотела, чтобы Костя ей поверил, но взгляд невольно скользнул по телефонному аппарату.
– Давно уехала?
Костя отправился к зданию РОВДа, во дворе которого находился изолятор временного содержания, даже с дежурным поговорил, но тот про Татьяну ничего не знал. Не подъезжала она.
Он связался со своей секретаршей, обзвонил рестораны, но Татьяну никто не видел. И дома ее не было. Тогда он отправился в офис охранной фирмы «Партнер», а когда подъехал к проходной, позвонил Шемякину.
Как ни странно, Шемякин находился в офисе и Костю принял без промедления.
– Ты чего такой бледный? – спросил он, с подозрением глядя на него. – Лица на тебе нет. – И, достав из холодильника бутылку минералки, наполнил стакан. – Выпей, выдохни и успокойся.
Костя очень хотел пить, но сделал всего лишь один глоток.
– Татьяна пропала! – запыханно выдал он, тайком наблюдая за реакцией Шемякина.
– В смысле, пропала?.. – удивленно повел тот бровью. – Ты откуда такой взлохмаченный взялся?
– Отпустили меня. Под подписку. Вышел, а Татьяны нет… Где она?
– Где она? Это ты у меня спрашиваешь? – подозрительно сощурился Шемякин.
– Ну, вдруг ты что-то знаешь…
– Знаю… Ты спрашиваешь, где она?
– Спрашиваю!
– А может, тебе лучше этого не знать? У меня Татьяна.
– Где у тебя?
– Есть место. Она сама так захотела.
Костя хотел шагнуть к Шемякину, схватить его за грудки, с силой тряхнуть, но не смог. Ноги вдруг одеревенели, ступни как будто прилипли к полу, и в руках тихонько заныла леденящая слабость.
– Я так и думал! – через силу выжал он из себя.
– Схема простая, ты отправляешься на зону, а мы с Татьяной заключаем брачный союз, – с едкой усмешкой продолжал Шемякин. – Сначала мы заключили договор о сотрудничестве, а потом она станет моей женой. И все твои рестораны станут моими.
– Ну, и гад же ты, Леша! – простонал Костя.
– Рыба ищет, где глубже, а человек, где лучше.
– А утонуть там, где глубже, не боишься? Я на свободе, Леша! Я же тебя на части порву! – Он развел от груди сжатые кулаки, как будто разгибал подкову.
– Ты сейчас не обо мне думай. Тебя сейчас Татьяна должна волновать. Скажи, ты подозревал ее в измене?
– А это уже не твое дело!
– Подозревал? А почему ты ее подозревал? Потому что она с Александром Гасановым крутила.
– Что?! – похолодел Костя.
– Ты думаешь, я не знал… Я занимался убийством Бизона, я занимался Кавуном, и я ничего не знал?.. Знал, кто Бизона застрелил. И знал, кто за всем этим стоял… Связь с Гасановым шла через Татьяну. Или нет?
– Так ты шантажировал ее?
– Дело не в шантаже, Костя. Дело в том, что однажды Татьяна тебе изменила… А может, и не однажды… Не доверяешь ты Татьяне, не доверяешь… – покачал головой Шемякин.
– Заткнись! Еще одно слово!.. – процедил Костя.
– Что, если Татьяна снова закрутила с Гасаном?
– Ну, держись!
Костя еще только замахнулся, а Шемякин уже поймал его руку и выкрутил ее в сторону, заставив его выгнуть назад спину. От боли брызнули слезы, взгляд затуманился, и люстра над головой расплылась, раздвоилась.
– Повторяю вопрос, – сказал Шемякин, удерживая выкрученную руку. – Что, если Татьяна снова закрутила с Гасаном?
– Она закрутила с тобой!
– Я смотрю, ты ничего не понял. Татьяна не со мной. И я понятия не имею, где она.
– Ты же сказал…
– Я развел тебя. Развел, как мент – глупого «мазурика». Я не знал про Гасана, я всего лишь догадывался… Теперь знаю. Он убил Бизона?
– Я этого не говорил.
– И не надо. Собаке собачья смерть… Я не знаю, где Татьяна. И я с ней против тебя не играл. И сам по себе тоже… Отпускать?
Костя кивнул, и Шемякин отпустил руку.
– Хочешь сказать, что разыграл меня? – потирая ее, буркнул Костя.
– И хотел. И сказал. И разыграл… Значит, был у Татьяны роман с Гасаном?
– Она утверждала, что нет.
– Но ты ей не поверил.
– Не важно.
– Сейчас важно все.
– Сейчас не верю.
– Не веришь и дал ей это понять. Она все поняла и сбежала. Ты вышел, а она сбежала…
– Вышел… – кивнул Костя.
Возможно, Татьяна действительно подъезжала к зданию РОВДа. Подъехала, увидела мужа и сбежала, чтобы не попасть под горячую руку. А сбежать она могла к Гасану… Или все-таки к Шемякину?..
Татьяна лежала на животе, накрыв подушкой голову. Ну, вот и объявилась! Костя дернулся, рванул к ней, обхватил ее рукой:
– Попалась!
