– Согласен. – Пистолет улыбнулся Триш. – Я-то знаю, как она может свести с ума.
– У некоторых его и не было, поэтому и беспокоиться нечего. – Триш эффектно вздернула подбородок и искоса взглянула на Пистолета.
Пистолет Симмонс, медвежий увалень, был глиной в руках этой девушки. Джон изумленно покачал головой:
– Дайте я скажу одну вещь, и кончим с этим. Триш, когда ты доберешься до Нью-Мексико, найдутся люди, очень немногие, которых будет интересовать, чистокровная ты или белая. Но многие белые там наполовину индейцы или мексиканцы. Выходи замуж за Пистолета. Будь счастлива и гордись собой.
Как будто тяжесть свалилась с плеч Триш. Ее глаза засверкали. Пистолет смотрел на нее, как на драгоценное сокровище. Из них получится отличная пара, если не прибьют друг друга. При мысли об этом Эдди подавила смех.
Джон решил, что из жены вышел бы неважный игрок в покер. Он мог прочитать любую мысль по выражению ее лица. Эдди посмотрела на мужа, и он ощутил, как на душе потеплело. Взглянув на солнце, Джон понял, что еще не скоро им представится возможность побыть вдвоем.
– Я осмотрел карманы Блессинга. Было немного денег и бумаги, ничего интересного. Но вот это… – Джон вытащил из кармана тяжелые золотые часы. – На них выгравировано имя Поля Дю Бейса. Я подумал, они должны достаться Триш.
– Папины часы. – Триш схватила их. – Он давал их мне, когда приходил повидать меня и маму. – Подержав часы в руках и налюбовавшись ими, она нажала кнопку. Крышка распахнулась, и Триш прочитала надпись на ее внутренней стороне: «Я всегда буду любить тебя». – Это однажды написала мама, когда папа забыл часы у нас в доме. Он был… так доволен. – Триш смотрела вдаль, ее взор затуманился от воспоминаний о счастливом прошлом.
Джон поймал взгляд Эдди:
– Нужно заделать дыры в тенте. Пойдем, жена. Оставим влюбленных наедине. Я должен послать кого-то к Ван-Винклю, чтобы Блессинга забрали и похоронили.
Триш и Пистолет, занятые часами, не заметили, как Джон с Эдди удалились.
По выражению лица судьи Эдди стало ясно: он намерен всерьез разобраться в происшедшем инциденте, ведь убит один из его людей. Она не ожидала, что Ван-Винкль и Форсайт явятся вместе с людьми, приехавшими за телом.
Джон и Пистолет чинили фургон, когда показались судья, капитан и еще двое парней. Рядом шла лошадь без седла. Они спешились. Капитан наклонился и снял шляпу с лица убитого.
– Это Гопкинс, – сказал он судье. – Один из тех, кого мы наняли совсем недавно.
– Его имя не Гопкинс, – перебил Джон капитана. – Это Дэвид Блессинг.
– Откуда ты знаешь? Это он тебе сообщил?
– Нет. Сказала Триш, падчерица моей жены.
– Падчерица? – Капитан переводил взгляд с Триш на Эдди и обратно.
– Да, падчерица, – мягко повторил Джон. – У вас есть какие-то вопросы?
Форсайт покачал головой.
– Откуда она это знает? – спросил судья.
– Он выслеживал ее… около года. Это он пытался убить ее тогда в Ван-Берене.
– Почему?
– Посмотрите на нее и на него.
– Перестаньте говорить загадками. Здесь кто-то убил одного их моих людей, и я хочу знать, почему.
– Он вознамерился заполучить ее, а она этого не хотела.
– Мне кажется, судья, все понятно. – Форсайт спешил удалиться.
Эдди не сводила с него глаз. По лицу капитана стекал пот.
«Будь она проклята!»
– Я доложу обо всем командиру крепости. Кто из вас убил его? – Ван-Винкль посмотрел на Джона, затем на Пистолета.
– Это сделала я. – Триш заговорила, опередив мужчин. Она отошла от фургона и, уперев руки в бедра, обратилась к ним: – Я уделала эту кучу дерьма! И очень рада. Пырнула гада в спину. Отомстила ему за тех ребят, что он убил.
– Триш… – мягко прервала ее Эдди. Она боялась, что девушка наговорит слишком многое.
– Миссис Эдди, это сделала я и очень рада. Мне наплевать, что подумает этот надутый индюк.
Пистолет улыбнулся.
А судья кипел от ярости. Конечно, вряд ли кто-то называл его раньше «надутым индюком». Ван-Винкль с большим трудом пытался сохранить достоинство.
– Как тебя зовут, девушка? – Судья вытащил карандаш, конверт и начал писать на его обороте.
– Триш.
– Дальше?
– Триш Гайд. Пишется Г-ай-д, – быстро вмешалась Эдди, глядя прямо в глаза капитану. Она заметила, как он сжал кулаки, и обрадовалась.
«Эдди все еще думает, что капитан – ее погибший муж», – понял Джон.
– Как долго ты знала Гопкинса… хм, Блессинга? Он тобой увлекся? – Требовательный голос судьи прервал мысли Джона.
– Этот вопрос необязателен, и вы это знаете. – Джон говорил коротко, при этом смотрел на Пистолета в надежде, что тот не раскроет рта. – Блессинг последовал за ней в Ван-Берен. Там он едва не убил ее. Когда вы его наняли, у него снова появился шанс добиться своего.
Не обращая внимания на слова Джона, Ван-Винкль продолжил допрашивать Эдди:
– Ее папаша погиб на войне?
– Да. – Эдди смотрела на капитана. – Его звали Керби Гайд.
Разговор стал очень напряженным. Только Эдди, Джон и Форсайт понимали, куда она клонит.
– Хорошо. Вытаскивайте его оттуда. – Судья убрал обратно в карман конверт и карандаш.
