- Точно, воин, причем это свойственно не только мне. Припомни свои дела и скажи - всегда ли твой меч рубил мертвую плоть поднявшихся или окрашивался кровью настоящих злодеев? Ты можешь говорить что угодно, но в душе ты нисколько не лучше меня, даже хуже. Я, по крайней мер, не прячусь за лозунги и напыщенные речи. И если убиваю, то только для себя, а не ради неких целей, которые непонятно кому пойдут а пользу.
- Не слушай те его, - прокричал паладин, обращаясь к окружающим стражникам и служащим храмов, - Его слова лживы и черны от яда коварства. Мы сумеем дождаться подмоги и тогда эта тварь не уйдет от справедливой участи наказания.
- Ты так думаешь? Мои воины способны передвигаться со скоростью лошадей. Но, в отличии от последних, они неутомимы и сильнее любого из твоих солдат. Я даю пять минут на размышления и тогда начинаю убивать по одному человеку. Потом дам четыре минуты и убью двоих. Сами посчитайте, через сколько закончатся заложники.
После этих слов я отошел назад, уже не обращая внимания на крики защитников стены, которые частью проклинали меня, а частью спорили со своими товарищами, которые оказались более упертыми и отказывались идти на уступки. Среди заложников поднялся вой, когда я приблизился к толпе. Мои солдаты их пугали меньше, чем мой вид. Чтобы добавить огоньку', послал к одному из стариков пару своих рук и череп. Артефакты-руки подхватили того за плечи и приподняли вверх на пару метров, а череп защелкал перед его лицом клыками. С минуту он дергался и пытался вырваться, напрягая мышцы. Лицо побагровело, и я решил, что хватит на первый раз. Не хватало еще потерять заложника в самом начале по глупости. Они и так все затихли, впечатленные демонстрацией.
- А ваши родные не так уж и любят вас, - саркастически произнес я толпе, - Другие бы жизнь отдали за семью. А эти нет, свои жалкие жизненки считают более важными. Ладно, может еще образумятся.
Высказав, что хотел, я отошел уже к вампирам, вставшим наособицу. Точнее, стояли только трое из них - Стив, Клара и Стивия. Глядя на последнюю, я вновь прокрутил свои мысли про лордов мрака. Девушка подходила для его создания полностью - добровольное согласие и жгучая ненависть к паладинам, помогла бы ей продержаться во время мучительного перерождения. Вот только я опасался проводить эксперимент, имея только одного подопытного (грубовато, но по сути верно). Он может не получиться, а может выйти и бездумная тварь, схожая со скелетами мрака. А мне, если честно, уже стали надоедать послушные, марионеточные зомби и скелеты. Ладно, вот обживусь немного в этом мире и создам свою собственную секту, члены которой будут согласны пойти на любую жертву. Вот из них и налеплю себе сколь угодно лордов, причем можно будет не опасаться за ошибку. Материала будет вдосталь. Хе-хе-хе.
- Господин, - поклонилась мне Стивия, - Стражники не откроют ворота. Точнее, на это пойдут не все. Многие просто не поверят твоим словам, да и сами не захотят умереть. Ведь после сдачи, их жизнь будет стоить крайне мало.
- Ничего, - ответил ей, - Как говориться - пожуем и посмотрим. Времени еще есть, а после демонстрации у горячих голов появятся другие мысли.
Выделенные минуты истекли почти незаметно (хорошо иметь великолепное чувство времени, всегда знаешь сколько прошло и сколько осталось) и я направился к стенам. Точнее к прежнему месту, с которого вел переговоры.
- Каково ваше решение? - прокричал я слова, адресуя их защитникам Чертогов, - Что решили?
В ответ полетели несколько стрел, причем парочка практически попали в меня, только действия летающих вокруг меня артефактов, словно электроны вокруг ядра, позволили мне остаться без дырок. Стелы были перехвачены ими прямо в воздухе и превращены в древесную труху.
- Что ж, - прокомментировал я из действия, - Значит мои слова оказались не услышанными. Жаль, жаль я хотел как лучше. Эта кровь будет только на ваших руках и в ней только ваша вина. Слышишь, паладин!
По моему сигналу вампиры подвели ко мне одного заложника, как раз того самого старика, ставшего объектом моей демонстрации. Его вид указывал на то, что жить оставалось считанные часы. Багровое лицо, тяжелое и прерывистое дыхание намекали на проблему с сердцем или давлением. На усилившейся жаре находясь в состоянии постоянного страха, до сердечного приступа совсем недалеко. А раз так, то можно использовать его с пользой.
- Даю последний шанс, - прокричал я стражникам, - Этот старик может остаться в живых, если у вас проснется капля здравого смысла.
