Интересное наблюдение, сделанное нашими учёными, которые изначально программировали роботов на бесперебойную работу: как только деосы взяли под контроль систему управления гигантами, те решили устраивать бесполезный отдых каждый раз, как за горизонт заходило солнце. Но никто из ученых того страшного для человечества времени так и не смог понять, в чем причина такого явления. Неужели деосы не до конца разобрались с управлением и настройками роботов? Нет, в это было трудно поверить.
Замечательно открытие сделал один исследователь, имя которого давно покрылось паутиной забвения. Он говорил о том, что деосы более «человечные», чем люди, а потому предоставили тем возможность существовать на планете, ограничив время работы роботам. Деосы распределили гигантов по земле так, чтобы те шатались неподалеку от их поселений, чтобы люди не соблазнялись надеждами встретиться со своими потомками и вернуться к былому величию. Сократив время бодрствования роботов, по мнению забытого ученого, деосы почтили уважением своих создателей, так и не решившись уничтожить их безвозвратно, как того хотели бы по отношению к деосам люди.
Стоит ли говорить, что данная теория не нашла широкого отклика среди представителей человечества. Люди, мои братья, до сих пор борются изо всех сил с миром, с самими собой, и все только чтобы доказать, что с людьми всё еще стоит считаться. Хотя, как бы грустно это не звучало, человеческая история давно пересекла закатное время. Мы бродим в потёмках и нам уже не суждено отсюда выбраться, даже если мы одумаемся и пойдем на «мировую» с деосами. Наш век прошёл. А мы всё никак не сложим оружие и не доживём своё время с миром и покоем. Такова сущность человека. Такими нас сделала природа, а мы, учтя ошибки мироздания, создали совершенные организмы, с идеальностью которых так и не смогли смириться.
Мы более не любимые дети своей Матери. Мы изгои, но не по неволе, а по закономерному стечению обстоятельств, по законам причинно-следственных связей. И пускай говорят, что дети не должны отвечать за преступления отцов, мы должны помнить, что отцы всегда отвечают за всё, что они передали своим детям.
Рабочая смена окончилась, и я решил выйти на «воздух» к смотровым площадкам на самом верху города. В скальные породы когда-то очень давно, задолго до того, как мой дед родился на свет, встроили толстые стекла, через которые не проходил солнечный свет и которые снаружи сливались с окружением. Чудо технологии, позволяющее людям хотя бы просто смотреть на окружающий мир без возможности выбраться наружу. Так себе удовольствие, я вам скажу, взирать на то, где тебе нет места.
Разведчики сонно переговаривались между собой, лениво следя краем глаза за обстановкой снаружи. Оружие, винтовки старого образца, но ещё вполне себе сносные, было в боеготовности всегда, на случай появления на горизонте незваных гостей, которые не так уж и часто к нам заглядывали, ведь мы нашли свой приют на краю мира. По крайней мере, до ближайшего Подземного города идти минимум месяц и то, если передвигаться и днём, и ночью, что в наших реалиях невозможно.
− Погодка сегодня класс, − с кислой миной проговорил Миллкен, сплюнув на каменный пол желтоватую слюну.
− Закурить дашь? – поинтересовался я, бросая взгляд по ту сторону стекла. Погодка и в самом деле ничего: солнечный свет ярко освещает желтоватую травянистую долину. Вдалеке на горизонте виднелась черная полоска оврага, отливающая серебром реки. Красота. Жаль, не вдохнуть ароматов увядающего мира.
Миллкен протянул мне сигарету, а я, задумавшись, не сразу взял её в руки. Мы закурили в тишине, думая каждый о своём, но это «своё» было похожим у каждого из нас: отчаянное смирение и тупая ненависть ко всему вокруг.
− Как работа? – поинтересовался Миллкен. – Разобрали ту старую штуку?
− Ты про радиоприёмник?
− Ага, про него, − кивнул Миллкен, выдувая желтоватый дым к потолку. – Говорят, вы там много интересных вещей услышали.
Я пожал плечами. Многое из того, что осталось от прошлого, я и так уже знал или догадывался о чём-то. Да и толку от этих интересных вещей, наши знания о былом никак не поменяют настоящего, как бы ты не старался.
Тишину прорезал острый звук сирены. Миллкен разом отбросил сигарету и мигом кинулся к пулемету, напряженно всматриваясь в горизонт. Подоспели и другие разведчики. Я отошёл в сторонку, чтобы не мешать. Хотелось закурить ещё одну, но вряд ли кто-либо сейчас поспособствовал мне в этой прихоти.
Все суетились, пытаясь разглядеть того, кто нарушил покой охранной системы Города. Спустя долгие мгновения Ройланд выкрикнул:
− Вон там! Человек!
Облегчение разом расслабило напряженные плечи разведчиков. С роботом справиться сложнее, для человека в случае чего достаточно одной пули.
− Это обычный пацан, − заметил Ройланд, − мелкий совсем, идёт напролом, не разбирая дороги, выглядит воинственно. Знает он про нас что ли…
