– Татары опять, матушка, – сказал, нахмурившись, Лепко Ильич, – ходили на Польшу. Их вел из своих степей могучий воевода Ногай вместе с нашим князем Романом Михалычем. А с другой стороны по ним ударил их молодой царь Тула-Бука! Однако я не знаю, чем это все закончилось, ибо наш князь Роман еще не вернулся с той войны. Но я не сомневаюсь, что татары принесут много горя несчастным полякам…Особенно тот хан Тула-Бука. Это настоящий злодей! Он недавно начисто разорил все галицкие земли и жестоко обидел зятя нашего князя Романа, Владимира Васильковича Волынского!
– Они же ведь данники ордынского царя? – удивилась Василиса. – Зачем же грабить своих людей?
– Ох, матушка, – покачал головой Лепко. – Тут получилось непростое дело! Те русские князья стали платить дань не в Сарай, а Ногаю…Там, в Сарае, началась смута, и князья не захотели отсылать серебро и меха молодым царям-временщикам. От них нет никакой пользы! Однажды несчастный князь Лев попросил царя Мэнгу-Тимура оказать ему помощь против воинственных литовцев. Однако они пришли и разграбили его земли…Вот он и перешел на службу к Ногаю…
– И куда христианину податься? – вздохнула Василиса. – Почему же Ногай не защитил своих жалких данников?
– Ногай очень рассердился! – махнул рукой Лепко. – Совсем нет дружбы между этим Ногаем и ордынским царем! Война между ними неминуема! Мы не зря зовем Ногая царем! Однако же, матушка, будет только одно горе, если наши князья начнут искать защиту у поганых татар! Вот послушай, как от этого пострадали русские князья. – И он рассказал матери недавнюю историю, которую узнал во время пребывания у Ногая.
В ту пору ордынские ханы отдавали земли некоторых русских князей на откуп баскакам, или чужеземным купцам. Те, в свою очередь, вносили в ханскую казну определенную сумму, за что получали право взимать самостоятельно дань с русских.
Так, один баскак по имени Ахмат, построил несколько поселений в курской земле. Эти поселения называли слободами, поскольку русские князья не могли их считать своими и не имели права облагать податями.
В эти слободы сбегались люди со всех концов Руси. Князья теряли своих подданных, доходы. Да кроме того, жители переполненных баскаковых слобод непрестанно нападали на княжеских крестьян, грабили села и деревни.
Такие слободы появились на землях липецкого князя Святослава и рыльского князя Олега. Собравшись вместе, Святослав и Олег стали советоваться, как им быть. Святослав Липецкий предложил напасть на баскака и его людей объединенными силами и всех перебить, но Олег не согласился и поехал в Орду к новому хану Тула-Буке. Получив немало серебра, хан решил дело в пользу русских князей и посоветовал им разорить ненавистные слободы.
Однако баскак Ахмат не согласился с решением ордынского хана и поехал жаловаться на него к Ногаю. Последний, получив от баскака богатые дары, послал на землю несчастных русских князей свое жестокое воинство, вернувшееся в прошлом году из неудачного польского похода. Татары, нагрянувшие на русские земли в лютую зимнюю стужу, беспощадно и жестоко разорили деревни и села. Князь Олег, не имея сил сражаться с Ногаевыми полчищами, убежал к хану в Сарай, а Святослав спрятался в воронежских лесах, где у него, в самой глуши, была заимка.
Татары же захватили множество пленников, в числе которых были бояре князя Олега, и зверски убили последних. Когда же они ушли, князь Святослав, выйдя из леса, начал мстить врагам, подкарауливая со своими воинами людей баскака Ахмата, грабя их и убивая. Ахмат, видя, что из-за этого разбегаются его слободы, решил помириться с князем Святославом и направил к нему своих посланников. Однако липецкий князь так разозлился, что убил обоих послов. Тем временем из Сарая вернулся князь Олег Рыльский. Он чрезвычайно разгневался на самостоятельные действия князя Святослава, обругал его, а когда тот ему резко возразил, князь Олег вновь ушел в Орду, привел татар и убил несчастного князя Святослава.
– И теперь так идет бесконечная война, – завершил свой рассказ купец Лепко. – Сын убитого князя Александр Святославич отправился в Сарай, привел оттуда татарское войско и жестоко отомстил за своего батюшку: убил не только самого жалкого князя Олега, но и двух его сыновей!
– Спаси нас, Господи! – перекрестилась Василиса. – Какие же страшные дела творятся! Видно на нашей земле хорошо только покойникам! А как же ваш князь Роман, он не боится того царя Товобуки или Боки?
– Тула-Буки, матушка, – засмеялся Лепко Ильич. – Наш князь Роман Михалыч не боится этого болвана! Сами татары не только уважают князя Романа, но даже боятся! Наш великий князь очень силен!
– Ну, так дай, Господи, вашему славному князю Роману здоровья и многих лет! – сказала, перекрестившись, Василиса.
– Ты пока отдохни, матушка, – тихо сказал, вставая, Избор Ильич, – а мы тогда пойдем и поспим с дороги.
