– Вот ведь каков он княжич-то! – возмущались купцы. – Усадил в темницу воинов за святой день да за чарку браги!
– Он так всех нас тут пересажает! – говорили их приказчики и мелкие слуги.
– Больно зол да жесток молодой князь! – считали холопы.
Страсти подогревали ходившие по всему городу люди купца Важина Истомича. Они открыто осуждали решение княжича Романа и настраивали жителей против молодого правителя. И вскоре весь город воспылал ненавистью к семье великого князя Михаила…
Прошло несколько дней. История с наказанными пьяницами все еще будоражила умы беспокойных горожан. Однако самые толковые и рассудительные постепенно стали понимать правоту действий княжича Романа. Со временем, может быть, образумились бы и остальные. Но вот неожиданные события все изменили.
Как-то городские стражники, напуганные Романом и зорко смотревшие теперь с крепостных стен в даль, увидели, как из-за горизонта сначала заклубилась в туманной дымке пыль, а затем показались вооруженные всадники…Войско было, правда, небольшое, копей в триста, но все же тревогу следовало поднять. Первый стражник быстро спустился со стены и побежал в башню доложить начальнику охраны. Им был теперь почтенный горожанин Деян, сменивший волей княжича Романа опозорившегося Боровина. Деян внимательно выслушал донесение стражника, но решил не сообщать о возможной опасности княжичу и его боярам.
– Не страшен этот враг нашему городу, – рассудил он. – Пусть же доскачет мой верный человек до этих воинов и узнает, кто они такие. А там увидим.
Конный отряд уже подошел к стенам города, когда посланник вернулся назад.
– Подождите и не пускайте пока сюда этих всадников да ворота закройте! – распорядился Деян.
– Это идет сюда князь Ярослав Всеволодыч Суздальский! – доложил посланник. – Он ищет нашего князя Михаила для беспощадной расправы! Князь просит, чтобы мы отворили городские ворота перед его славным воинством!
– Ну, эта ссора между князьями нам известна! – обрадовался Деян и широко улыбнулся. – Пусть так и будет! Отворяйте-ка, ворота, молодцы! – крикнул он стражникам. – Это – свои, русские!
Заскрипели двери, и конное воинство, как речной поток, стремительно влилось в город.
Услышав необычный шум на улице, княжич Роман выглянул в окно. Около княжеского терема толпилось множество народа. Люди шумели, махали руками и как будто кого-то ждали…
– Сынок! – в светлицу быстро вошла княгиня Агафья. – Неужели наш батюшка возвращается? Да больно скоро! Слава Господу, если он добился помощи от венгерского короля!
На улице показались вооруженные всадники. Да, свои, русские! Неужели отец?
Послышался стук в дверь, и в светлицу вбежал княжеский слуга.
– Княгиня матушка, молодой господин! – крикнул он. – Сюда идут какие-то неизвестные люди!
– А если это князь Даниил?! – вскрикнула княгиня. – Вот радость была бы!
Но это был не князь Даниил. В горницу вдруг вошел высокий, длиннобородый, красивый воин. Его кудрявую белокурую голову венчала богатая, подбитая соболем шапка. Голубые, пронзительные глаза незнакомца пристально уставились на княгиню и Романа.
– Будь здорова, княгиня Агафья! – улыбнулся он и поясно поклонился испуганной женщине. – Я ваш лютый недруг – Ярослав Суздальский! Я долго гнал коней, чтобы достать твоего супруга. И вот случайно, или по Божьей воле, поймал его семью! Теперь вы – мои пленники, княгинюшка!
Около двух месяцев выхаживала купчиха Василиса несчастного татарского посланника. Раненого поместили в гостевой, самой лучшей комнате купеческого дома. Когда купец Илья вернулся к вечеру домой, супруга ему все подробно рассказала. Сначала Илья Всемилович здорово перетрусил: ну-ка, держать в своем доме вражеского посла! Да еще спасать его от смерти! Это было очень опасно! Ведь ненароком могли узнать великокняжеские люди! Да и киевляне никогда бы не простили купцу и его семье этого поступка. Получается, как бы помогаешь врагу! К тому же, купеческая семья проживала в Киеве всего какой-нибудь год! И дела шли хорошо: росли доходы, горожане относились к ним дружественно…Вот построили настоящую усадьбу…А тут такая плата за гостеприимство!
Покряхтел, побурчал озадаченный купец, но что делать: жена была ему дороже всего!
Пришлось принимать все возможные меры по сохранению опасной тайны. В комнату, куда поместили раненого, допускались только особо преданные купцу люди. Чужаки и недавно нанятые слуги-киевляне не должны были ничего знать, поэтому дом Ильи Всемиловича теперь особенно тщательно охранялся и, по сути, превратился в маленькую крепость.
За знатным татарином ухаживали сама Василиса и вщижский лекарь Радобуд, который уже долгие годы торговал в лавке Ильи Всемиловича лекарственными травами, вывозимыми из родного Вщижа, а также из других мест Руси, и торговал весьма успешно…
Радобуд знал лекарственные травы еще от своего деда – древнего старика – который, в свою очередь, научился искусству врачевания у своего отца, известного знахаря и волхва.
