Татьяна страдала от того, что Влад не может принять хоть какое-то решение. Силы ее были на исходе. Опять болели и душа, и тело. Она подолгу не могла уснуть, вновь и вновь перебирая в голове события последних дней. Реакция Николая была ей понятна. Он защищал семью, сына, себя. Влад, как ей казалось, тоже пытался оградить своих близких от страданий, но делал это неумело, видимо, не вполне осознавая последствия своих действий. Она искренне хотела помочь ему, понимая, что он мучается, не решаясь сделать выбор. А тогда зачем что-либо менять? Пусть у него все останется как есть. Будет дом, семья, в которой ему хорошо и к которой он привязан. «Я, в конце концов, как-нибудь справлюсь со своими чувствами», — думала Татьяна.
Через две недели Влад улетел в Испанию. Оттуда звонил жене, спрашивал, как у нее дела. Она, стоически перенося все процедуры реабилитации, утверждала, что все идет нормально, старалась держаться бодро. Это его радовало. На душе, однако, скребли кошки.
Решение завершить отношения с Татьяной, казалось, устроило бы всех. Жену, детей, многочисленных друзей, хотя многие даже не догадывались о том, что с ним происходит. Татьяна считала, что такое его решение было бы ей вполне понятно. Однако Влад никак не мог с этим смириться. «Любви не проходите мимо! Бог не простит. Спроси его» — эта фраза крутилась в голове и не давала ему покоя.
После завершения первой конференции, которая проходила в небольшом городе на юге, он перебрался в Мадрид и оттуда позвонил Татьяне, с тревогой ожидая услышать, что ее поездка не состоится. Однако узнал, что билет уже взят и в субботу она прилетает.
Была пятница, и он отправился изучать Мадрид. Бродил по Старому городу, отыскал там старинный ресторан, который, как утверждала табличка при входе, был основан около двухсот лет назад. В это верилось с трудом, хотя блюда оказались довольно вкусными. Запомнил и решил, что обязательно приведет сюда Татьяну. После посещения ресторана, недалеко от него, прямо у входа на ратушную площадь, заметил фламенко-бар. Решил зайти и в него. Однако дверь оказалась закрытой. Это его заинтриговало. «Наверное, фиеста», — подумал он. Подождав немного, продолжил прогулку по Старому городу. Однако через час ноги сами привели его к бару. На этот раз дверь была открыта. В небольшом, плохо освещенном помещении бара половину пространства занимала полукруглая сцена, на которой, видимо, выступали мастера фламенко. Небольшие столики располагались вокруг нее. Узнал, что вечером состоится концерт, и договорился с барменом, что для него будет оставлено место за столиком у края сцены.
Пришел туда ровно к назначенному часу. Место действительно было забронировано, о чем ему приветливо сообщила официантка. Сел за столик и заказал пиво. Народу было немного, человек десять. Несколько столиков были еще свободны. Но и на сцене пока еще никого не было. Примерно через полчаса появились артисты. Как оказалось, они были знакомы с большинством зрителей, которые были, видимо, либо их друзьями, либо просто постоянными гостями бара и почитателями их таланта. Влад с некоторым удивлением смотрел на то, как они тепло пожимали друг другу руки, обнимались и целовали друг друга. Установилась очень домашняя обстановка, дружелюбная и теплая.
Артисты расставили на сцене стулья и барабаны. Музыкантов было четверо. Двое с гитарами, один с маракасами, кастаньетами и еще какими-то нехитрыми приспособлениями для извлечения ритмичных звуков и один, самый молодой, с набором барабанов, издававших звуки разной высоты. Самый пожилой из них, мужчина с седой шевелюрой и роскошными усами, открыл концерт. Влад не вполне точно улавливал смысл его слов, но догадывался, что тот приветствует всех гостей бара и, судя по выражению его глаз и красноречивым жестам, очень доволен, что в зале практически нет свободных мест.
По представлениям Влада, фламенко — это стиль довольно энергичной страстной музыки, зародившийся в Андалусии и впитавший в себя мелодии и ритмы многих культур — арабской, цыганской, еврейской и испанской. Раньше он чаще всего встречал мелодии в стиле хонде, где доминирует традиционное триединство гитары, песни и танца, основанное на диалоге певцов и соревновании танцоров и танцовщиц, на глубоком с надрывом пении, рокочущем топоте каблуков, виртуозном, с дребезжащим звуком струн, владении гитарой. Такое традиционное, наиболее древнее, фламенко чаще всего преподносят туристам в специализированных ресторанах. Здесь царило иное фламенко.
