- Так и есть, но если я не смогу попасть в сенат, я ничего не смогу с этим сделать. По крайней мере, если я выиграю, у меня будет почва под ногами. Так что приходится убеждать себя, что путь не важен. Гораздо важнее пункт назначения, - он пнул консервную банку в сторону с тротуара. - Пути назад нет.
- Но тогда получается, что ты ничем не лучше всех остальных. Сенатора Хога и кого бы то ни было еще. Ты обычный политик. Выбиваешь свои голоса, говоря все, чего от тебя ждут. Играешь для прессы, - я прикусила губу. - Господи. Это было грубо. Я не должна была так говорить.
- Нет. Мне нужно было это услышать. Ты довольно хорошо видишь сквозь все это дерьмо. И не прикидываешься лапочкой, говоря мне все, что я хочу услышать. Мне нужен кто-то, кто скажет мне правду.
Позади нас послышался раскат грома. Я почувствовала, как первая холодная капля упала мне на руку. И подняла глаза.
Если Пэкстон и почувствовал дождь, то не подал вида.
- Послушай, я знаю, что мы не общались уже месяц, но я не могу перестать думать о том разговоре. Ты почти бросила мне вызов.
- Я не подразумевала этого, - ответила я.
Еще одна тяжелая капля упала мне на щеку. Я смахнула ее и еще прибавила скорости.
- Я знаю. И я помню, что обещал оставить тебя в покое. Но…
Тучи уже были прямо над нами.
- Нам лучше бежать, - я сделала то, что и собиралась, в то время как капли дождя падали на нас уже с пугающей частотой. Каждая еще тяжелее и крупнее, чем предыдущая.
Пэкстон схватил меня за руку и потащил сквозь завесу дождя.
- Быстрее!
Снова прогремел гром, и через минуту улицу осветила вспышка молнии. Все, что я могла видеть это его промокшую рубашку, в то время как мы неслись по лужам на тротуаре. Он затащил меня вверх по ступенькам и закрыл за мной дверь.
Мы были в его кухне. Я прислонилась к двери. Мои волосы намокли. С платья лилась вода, и оно прилипло к коже.
Я перевела дыхание и начала следить за его пальцем, который уже спускался в ложбинку между моих грудей.
- Боже, ты прекрасна.
Его рот атаковал мой в грубом, пьяном поцелуе. Мои руки обвились вокруг его шеи, втирая капли дождя в его кожу, притягивая его ближе, глубже ко мне. Я боролась с этой слабостью в своей голове, но все, что я смогла, это застонать, когда он стянул с меня платье и посмотрел на меня глазами, полными обожания. Он отнес меня в свою постель. Я могла бы запротестовать, но вместо этого я поддалась инстинктам.
Дождь стучал по крыше в то время, когда я отдавалась ему. Он был страстным и уверенным. Но не был груб, но не давал мне и секунды, чтобы задуматься над тем, что мы делаем. Его руки исследовали каждый сантиметр моего тела, разжигая меня поцелуями.
Он снова и снова повторял мое имя, наполняя меня своим голосом. До тех пор, пока мое тело не стало его. И даже когда я уже не понимала, где я и кто я, он не прекращал прикасаться ко мне. Тогда я уже знала, что окончательно пропала.
Я не собиралась заводить интрижку с Пэкстоном. Я не была такой женой, которая изменяла своему мужу. Я никогда не предполагала, что я такая девушка. Обманщица. Лгунья. Это не я. Я говорила себе, что счастлива в браке. Он подходит мне. Впрочем, я также никогда не собиралась пересекаться с таким мужчинам, как Пэкстон. Я знаю, что не достаточно пыталась.
Мы виделись практически каждый день. С его предвыборной кампанией это было непросто, но он уместил меня в свое расписание. Я была дома каждый день, весь день, в ожидании его сообщений, подпрыгивая от каждого телефонного звонка.
Поначалу, я думала, что это была только случайная связь на одну ночь. Ночь, которую я могла бы добавить к моему растущему списку сожалений. Я могла бы снова держаться на расстоянии от него. Ни какого больше книжного клуба. Никакой больше работы в саду. Я могла бы пропустить выборы в этом году.
Но на утро после ливня, я прошла по дорожке между нашими домами, и кое-что выяснила. Я хотела его. Не важно, что это неправильно и подло. Он что-то пробудил внутри меня, я не думала, что это возможно. Это не было страстью, - нет, это было слишком просто. Он заставил меня почувствовать себя многослойной и сложной. Простота моей жизни осталась похороненной под его простынями.
Иногда я могла просидеть у окна, вспоминая какой он на вкус, пытаясь представить его тело надо мной. Я могла просиживать часами за воспроизведением наших встреч. Я никогда не приводила его в наш дом. Я стала таким параноиком из-за того, что кто-то мог увидеть мою рискованную попытку пройти через его переднее крыльцо, поэтому он сделал для меня ключ, чтобы я могла входить в заднюю дверь. Я могла проскользнуть под изгородью нашего двора абсолютно незамеченной с улицы.
Это было волнительно. Это опьяняло, и хуже всего то, что это было привлекательно. Мне было не достаточно Пэкстона, и я знала, что и ему было недостаточно меня.
- Скажи, куда мы могли бы поехать, если бы ты могла выбрать любое место в мире, - он провел пальцами по моим волосам, позволив им рассыпаться по моим плечам. Мы переплелись друг с другом на полу его гостиной, наша одежда была разбросана по мебели.
