Вот и изба, в которой расположился штаб. Разведчики хотели было доложиться по всей форме, но командир полка Белоусов только рукой махнул, ладно, мол, знаю вас, не до церемоний. Комиссар Шевченко, поглаживая свои запорожские усы, молча подмигнул. Зачем подмигнул-неизвестно, может, так просто, из озорства, скорее всего, задание предстоит трудное, оттого комиссар и подмигивает, дескать, не робейте, ребятки, на вас вся надежда.
Подполковник Белоусов начал без околичностей.
— Есть задание. Необычное. Так уж сложились обстоятельства. Весьма важное и ответственное задание. Мы тут с комиссаром и лейтенантом Исаевым пораскинули мозгами и остановились на вас. Как, не возражаете?
Рустам не удержался от улыбки.
— Почему улыбаешься, Шакиров? — спросил командир полка.
— Да так, товарищ подполковник. Я уже привык к армейским порядкам. В армию не приходят, а прибывают, не уезжают, а убывают. Бойцам, выполнившим задание, командир не скажет: «Идите, погуляйте». Он обязательно прикажет: «Идите, отдыхайте». В армии всюду порядок. И уж, конечно, приказы в армии не обсуждают. А вы нас спрашиваете: «Согласны ли мы?»
Белоусов рассмеялся, повернулся к Шевченко.
— Слышал, комиссар, как Шакиров с меня стружку снял? Силён парень.
— А что? Шакиров формально прав. Армейский порядок превыше всего. Об одном забыл сержант Шакиров: когда человека на такое дело посылаешь, что ого-го… иной раз и по душам поговорить не вредно. А предстоит вам, орлы, дело трудное и очень опасное… Ну так как, согласны?
— Так точно, согласны! — выпалили Туманов и Шакиров.
Белоусов повернулся к Исаеву, скромно притулившемуся в уголочке.
— Ай да разведчики у тебя, лейтенант, на ходу подмётки рвут… А теперь внимательно слушайте задание. Сегодня ночью пойдёте во вражеский тыл. Подыщите ещё одного толкового парня. Кроме того, с вами пойдёт представитель армейской разведки. Знает немецкий. Вот здесь, в этом квадрате, — командир полка провёл пальцем по лежащей на столе карте, — расположен партизанский отряд Рагозина. В районе действия отряда Рагозина находится крупный немецкий штаб… Так вот задание командира: надо из этого штаба взять «языка» посолиднее и доставить к нам. Желательно в целости и сохранности. Подробности операции подработаем. Посылаем вас в тыл потому, что посадочной площадки для самолёта у Рагозина в настоящий момент не имеется. Однако сообщать по радио об этой операции партизанам вышестоящее командование посчитало нецелесообразным. Ваша задача — информировать обо всём майора Рагозина. О переходе вами линии фронта штаб партизанского отряда будет оповещён. Решено большую группу не посылать слишком трудно на нашем участке такой группе перейти линию фронта не замеченной противником. Если по истечении условленного срока от вас не поступит вестей… — Белоусов замялся и тут же добавил твёрдо: — Тогда в тыл врага пойдёт следующая группа. «Языка» — взять во что бы то ни стало! Задание ясно?
— Ясно, — пробасил Туманов.
Рустам, давно уже горевший желанием что-то сказать, взволнованно спросил:
— Его не Петром Максимовичем звать? Если Петром Максимовичем… Тогда я его хорошо знаю.
Командир полка, комиссар и лейтенант Исаев недоуменно посмотрели на Шакирова. Белоусов, занятый мыслями о немецком «языке», спросил с ошеломлённым видом:
— Кого знаешь… «языка»?!
— Да нет, Петра Максимовича Рагозина. Его жена и дочь эвакуированы, живут в моём кишлаке.
Все рассмеялись.
— То-то! Смотри у меня… — Белоусов шутливо погрозил Рустаму пальцем.
— Хм… Рагозина, между прочим, зовут Петром Максимовичем. А это, Шакиров, письмо к твоему приятелю. В случае опасности письмо уничтожить. Ясно?
— Ясно, товарищ подполковник.
— Старшим группы назначается сержант Шакиров. Пойдёте, как я уже говорил, вчетвером. Вас — двое, Седых — из разведки армии. Кого четвёртым?
Туманов пробасил:
— Хорошо бы взять Карпакова. Парень что надо.
— Не возражаешь, Шакиров? — подполковник взглянул на Рустама. — Значит, решено — Карпакова. Проявите всё своё умение, орлы. Мелкие группы противника обходите за версту. Никаких боёв. Выполняйте главную задачу: скрытно добраться до партизанского отряда, провести операцию по захвату крупного «языка» и возвратиться в расположение части.
Рустам, внутренне ликуя, козырнул командиру. Мыслями парень находился уже в партизанском отряде. Если это и в самом деле тот Рагозин!.. Ха!.. Недаром говорят: «Гора с горой не сходится, а человек с человеком всегда сойдётся».
Размышления его прервал комиссар.
— Ещё одно дело, Шакиров. Позавчера я получил твоё заявление о приёме в партию. Порадовал ты меня. Молодец! После твоего возвращения рассмотрим заявление на бюро.
— С-спасибо! — только и смог произнести Рустам. Ему хотелось сказать многое, рассказать о том, как давно он мечтал стать коммунистом. Идти в бой, ощущая на сердце заветную книжечку! Какое это счастье. Однако Рустам не нашёл слов, чтобы выразить свои чувства.
— Спасибо, — ещё раз произнёс он тихо и почему-то покраснел.