— Хотите поехать в Усть-Харибду?.. Хотите лично встретиться с… Наташей? С Наташей Скулоскальской?.. Кстати… Вы уж извините — ах — бывает — сами понимаете — опечаточка тут на конверте. Не Скулоскальская, а Скилоскульская. Два «л» в первом слоге:
Скилла Скульская Хотите съездить?
Он смотрел на меня ледяными глазами, весь откинувшись внутрь.
— Почему же она Скульская? — спросил я, сам немного похолодев. Ян глянул на меня, как на дурака.
— Скулит потому что. Вот и Скульская. Все время скулит.
— Позвольте, Ян Янович. А как отчество Наташи?
— Ах, какой Вы дотошный. С кажу, скажу. Есть у ней и отечество, и отчество.
Э-э-сс-тф-пф-…-ановна
Наталья Епифановна Скилла-Скульская. Да. Наталья Степановна, если угодно. (Оба отчества Наташи он произнес как-то шепеляво: послышалось не то Пифоновна, не то Тифоновна, не то вовсе — Титановна)… Удовлетворены? Надеюсь, ваш интерес к именам ныне вполне насыщен?
Я взял себя в руки.
— Но тут же написано: «Дочь геолога». Это как — тоже опечатка?
— Нет, почему опечатка. Наташин папа — геолог. Кто же еще? Специалист по недрам. Точнее — по магме. Работает в необычайно трудных условиях. Большую часть времени — там. — Ян показал пальцем вниз. — И Вы, предупреждаю, на нас не…
Тут я его перебил.
И что же — он вам, Ян Янович, отчеты шлет?
— Личные письма, — последовал сухой ответ. — Я, конечно, знал заранее, что гнев народа не произведет на вас впечатления. Я, собственно, хотел только продемонстрировать наши возможности.
Ян сам сгребал все в портфель. Он еще раз глянул на меня исподлобья. Первый круг был окончен, это было ясно, но ложное чувство подтолкнуло меня на неверный шаг.
— Подождите, подождите. Вы говорите: гнев народа, но, судя по последнему письмецу, а также по лемурам из шахты номер восемь, бригадир тов. Жук и еще эти — как их — «лярвы Привокзального района города» — речь идет, ведь, не совсем о народе, скорее, о Народииле, так ведь?
Ян заулыбался совсем как бы ласково.
— Что же вы, дорогой, придираетесь? Или философию не учили? Это же, ведь, как подлежащее и сказуемое. Народиил, конечно, Народиил. Он — наше подлежащее. Первоисточник гнева народа. Не так ли, а? Вроде как энтелехия и экзистенция. Ну — что еще? Что-нибудь тревожит?
— Да вот то еще, что кентавры ваши меня беспокоят.
— Что за кентавры? — Ян сделал вид, будто не понимает. — Где кентавры?
— Ну, Лось. Была тут заметка. Тренер-испытатель кентавроводческой фермы Лось. Который требовал сурово покарать.
Ян порылся в портфеле, опять делая вид. Потом поднял на меня глаза, посмотрел прямо и сказал раздельно и четко:
— Вы ошиблись. Никакого Лося не было. Не-бы-ло.
Очевидная нарочитая ложь заставила меня разгорячиться.
— Как так не было?! Вы прямо на глазах передергивате! Вот тут лежала заметка! Дайте портфель!
— Портфель? Пожалуйста, держите, — усмехнулся Ян Янович и протянул мне портфель, любезнейше даже его передо мной распахнув. Я стал нервно перебирать клочки бумаги, свертки, «говорящие письма».
— Вот. Вот оно. Лось. Тренер-испытатель…: «Хотя наш коллектив еще не имел возможности лично ознакомиться…» А вы — не было!
Ян опустил глаза под стол, едва не хохоча.
— На дату, на дату гляньте, дорогой мой! Там же написано: «еще не имел возможности». Читать надо, читать. Что же вы не читаете? Я же сказал: не было. И правду сказал: не-бы-ло. Но бу-дут!
Я посмотрел на дату. Дата стояла несуразнейшая: пятизначное число, тринадцать тысяч триста с чем-то год, октябрь.
— Кентавры — дело Будущего, — сказал, отдышавшись, Ян немного резонерским голосом. — Нужно смотреть в Будущее, а не обливать нас грязью! Вот все уладится, построим — окончательно! — новое общество и с новыми силами станем разводить кентавров.
— Зачем вам кентавры?
— Как — зачем? Образованный на вид человек — и спрашиваете. А кинокефалы, по-вашему, — зачем? Эти… Псоглавцы — зачем они по-вашему?
— Не знаю… — Я входил в какую-то робость. Ян меня четко окружал.
— Не знаете. Вижу, что не знаете. Вот для вас специально припас и про псоглавцев. Познакомьтесь. Да отдохните немного за чтением, а то вижу, что вы притомились. — Он протянул мне рукопись явно подпольного изготовления. — А там и поговорим. Отдыхайте.
Пришлось мне читать.
