-- Успокойтесь, мистер Майкл, прошу вас. И подумайте лучше. Я уверен,
коллеги Притта -- прекрасные ученые. Ну, конечно, он -- автор идеи, он --
блестящий талант и все такое. Но ведь товарищи его в курсе дела. А этот
человек, -- он кивнул в сторону магнитофона, -- даже опытнее Притта, просто
намного скромнее его, потому и остается все время в тени. Он бы, пожалуй,
смог возглавить лабораторию.
-- Но вы понимаете, Лансдейл, что я не могу сменить руководителя
лаборатории без согласия Босса! А он -- вы сами знаете -- очень ценит
Притта. Нужны очень серьезные доказательства...
-- Прокрутим ему эту пленку. Едва он услышит о побеге, пойдет на все!..
Лансдейл знал, что говорил. Должен был знать по роду своей службы.
Знать и уметь использовать слабые места своего начальства -- залог успеха и
продвижения по общественной лестнице. Самолюбивый властелин с трудом подавил
вспыхнувшие чувства, не желая признать поражение. Человек проницательный,
Босс ясно различал постоянную мелочную возню нижестоящих, по головам ближних
своих пытающихся вскарабкаться повыше. И потому любое замечание в адрес
Притта воспринимал прежде всего как выпад завистников таланта. Ему и сейчас
не хотелось верить тому, что наговорил Лансдейлу Пол.
-- Я хочу сам говорить с этим человеком! -- резко сказал он после
некоторого раздумья.
-- Но, сэр, так мы сорвем все дело, -- запротестовал Лансдейл. -- Ваша
встреча с ним в такой момент насторожит заговорщиков и, вы сами понимаете,
усложнит мою работу.
-- Мистер Майкл?
Директор Научного центра был готов к ответу. Свои кадры он знал в
совершенстве. И прежде, чем идти на этот разговор, он, конечно, встретился с
Полом единственно для того, чтобы выяснить -- хватит ли у того смелости
стать на место Притта и насколько серьезна будет такая замена. "У Притта
тайн от нас нет никаких, -- заверил его Пол. -- Эксперимент мы доведем до
конца при условии, конечно, если Альберт и Макс будут мне также помогать".
И он попросил директора поговорить с Альбертом, так как, по его мнению,
тот во многом расходится с Приттом, часто спорит с ним и может повлиять на
Макса -- позже, когда юноша узнает про отставку Притта. Мистер Майкл
улыбнулся про себя: он-то хорошо знал истинные отношения ученых в настоящем
творческом коллективе и поэтому не питал надежды, будто Альберт и Макс
поддержат акцию против своего учителя. Более того -- Альберт тотчас передаст
ему их разговор. Однако не оставалось ничего другого, как исполнить просьбу
ренегата, тем паче, что это не грозило его, Майкла, благополучию. Ведь
пресечение заговоров и вообще всякие политические дела -- по части
Лансдейла. А Майклу не придется плакать, ежели из-за красных весь
эксперимент полетит в тартарары... И все же ему стало не по себе, когда
Альберт довольно спокойно согласился принять руководство Пола. "Видимо,
Притт здорово не поладил со своими коллегами", -- мелькнуло у Майкла.
Сейчас же подобная мысль придала больше твердости его голосу, когда он
ответил на вопрос хозяина:
-- Этот ученый, сэр, который раскрыл заговор, обладает достаточными
знаниями и опытом, чтобы довести до конца работу, начатую доктором Приттом.
Я это говорю на тот случай, если вам угодно будет отстранить доктора Притта
от руководства лабораторией.
-- Да, мне будет угодно. Он опасен во всех отношениях! -- взорвался
наконец, Босс. Человек, которому он так долго доверял, талантом которого
восхищался и оберегал от козней других, и который так отплатил ему -- этот
человек не достоин снисхождения. -- Он не только будет отстранен, но и
вообще исчезнет, -- зловеще понизил он голос. -- Никто не должен знать о
Человеке Без Оболочки!.. Вы поняли меня, Лансдейл?.. Мистер Майкл, я
принимаю вашу рекомендацию. Вы свободны.
-- Объявляю день икс, -- сказал Босс, как только затворилась дверь за
мистером Майклом. -- После утверждения на президентском совете уточним дату.
А пока приготовьтесь к бесшовной операции.
На обычном языке сие означало: "персона нон грата" должна тихо и
бесследно исчезнуть навсегда...
Глава шестая. ПОБЕГ В НИКУДА
-- Сюрприз в контейнере
-- Последний заказ
-- На ловца и зверь бежит!
-- Второе рождение
-- Рукопожатие не состоялось
-- "Домой"!
-- Ярость и слезы
-- С волками жить...
-- Найдешь ли слова утешения?
Не получая новой пищи, газетные утки о мнимой смерти профессора Барнета
дохли одна за другой. А тут еще в "Нью-Йорк таймс" и некоторых других
изданиях, не заинтересованных в падении акций "Юнайтед стил", появились
снимки, сделанные Барнетом. Толпа газетчиков и телеобозревателей, осаждающих
ворота лаборатории Притта, быстро растаяла. Глядя на эти крикливо поданные
фотографии, читатели начинали хохотать: так заразительно смеялись эти парни,
увешанные диктографами, камерами, видеофонами. "Рэмпартс" остроумно объяснил
опубликованный им снимок: "Это единственные счастливцы, которым удалось
