— Да Вы что, Виктория Алексеевна! Да разве так можно! Что Вы такое говорите? Где же тут любовь? Одно сплошное безобразие! Что о нем дети будут думать? Сегодня — он с их мамой. Завтра — другую себе заведет, а может и ребенка нового!
— Ну и что? Насколько я знаю, он долгое время пытался помириться с женой, но она его не приняла. Очевидно, надоело стучаться в закрытую дверь. И потом, дети вырастут, у них своя жизнь будет. Он пытается создать свою. Насколько я понимаю, любовь друг к другу, дети ли это или супруги, не должна мешать обоим идти своим путем.
Нина Константиновна осуждающе покачала головой.
— Странно Вы рассуждаете, Виктория Алексеевна! А если бы Вас так! Муж загулял бы, а у Вас дети на руках. Что бы Вы тогда делали?
— Не знаю, — задумалась девушка, — за мужа бы боролась, наверное. До известной степени, конечно. Не прибьешь же человека к себе цепями. И потом, ситуации разные бывают. Если гуляет — значит, не мой человек. Жить бы с таким не смогла. Брезгую.
— А дети?
— Если человек порядочный, то детей не бросит. Будет так же приходить, обеспечивать, уделять внимание. А Мухин, кстати, только о детях и говорит.
— Вы так его защищаете! Удивительно! Все равно, думаю стоит на эту тему поговорить с Вадимом. Вы, кстати, его сегодня не видели?
— Нет.
"Какого черта она лезет в чужую жизнь? Или думает, что это тоже входит в ее обязанности?"
— Да, до Вадима достучаться нужно, — не унималась начальница. — Но тяжело его поймать. Хоть домой к нему езжай, карауль! Можно в это время и на детишек посмотреть. Вы видели их фотографии в кабинете?
— Да. Кстати, многие его и караулят дома. Подъезжают с самого утра и стоят у входа, ждут.
— Это так неосторожно — выставлять таких малышей на всеобщее обозрение. Мало ли, кто с какими мыслями приходит. К нему же ходят толпами! Сказать ему? Честно говоря, я бы с удовольствием с его детьми повозилась.
— Я слышала, у них две няни для этого есть. "Тебя там еще не хватало!"
— Слава Богу, Вадим не такой как Мухин! И так любит свою семью!
— Вы думаете, у него никого нет?
— Нет, конечно. Он очень уважает свою жену. Я ее видела несколько раз — очень милая женщина.
— Не доводилось.
— Думаю, именно такая жена ему и нужна — спокойная, приятная, домашняя.
Виктория начала оглядываться по сторонам. Затронутая тема ей по меньшей мере неприятна. Заметила, что Мухин расплачивается по счету и собирается обратно в свой закуток.
— Вы думаете, у них что-нибудь получится? — Нина Константиновна мотнула головой в сторону удаляющегося вместе с девушкой директора.
"Да откуда я знаю?!" Она нервно дернула плечом.
— Романы на работе никогда ничем хорошим не заканчиваются! Я не раз видела, как один из сотрудников после этого или увольнялся или его увольняли, — выдала та наставительную тираду.
"Скажи это своему драгоценному Вадиму!"
Вернувшись в офис, Вика вдруг вспомнила, что оставила дисконтную карту внизу.
— Я на минуту, карту забыла, — отчиталась она и быстро направилась к лифту.
Подойдя к администратору, получила то, за чем пришла, и, после взаимных вежливых улыбок, оказалась снова в офисе. На ее сотовом телефоне высвечивался непринятый вызов. Ворон! Черт! Ни раньше ни позже! Она перезвонила:
— Вадим Сергеевич, Вы меня искали?
— Да! — в трубке раздался сердитый крик. — Какого хрена ты телефон не берешь? Я же сказал, даже на горшке сидеть с сотовым!
— Господи, да я на минуту вниз пошла и тут Вы!!
— Зайди ко мне!
Вика быстро направилась в конец коридора. Войдя к шефу, обнаружила там Мухина.
— Ты что, не знаешь, что "император" ждать не любит? — протяжно произнес Михаил Федотович. — Мы тебя тут ждем- ждем.
— Да, вообще, распустились тут все! Я деньги на телефон даю? Даю! Наверное, чтобы всех потом искать! — прогремел Вадим.
В этот момент у него зазвонил телефон. Вика и ее директор прислушались:
— Вадим Сергеевич, извините пожалуйста. Вы меня искали? Я буквально на минуту вышел, — голос юриста (а это был юрист) казался прерывистым, наполненным страхом.
Колесникова заулыбалась. Сейчас и этому влетит! Заулыбался и Мухин. За ним — Ворон.
Недовольно пробурчал:
— Ты мне договор выслал?
— Нет еще. Доделываю. Как раз бегал в соседний кабинет за одной из папок. У меня там несколько судебных решений подшито. Хотел проверить.
— Ну, давай, проверяй. Жду, — тон хозяина подобрел. Он отложил телефон в сторону.
— Как Али? — кокетливо спросил Мухин.
— Нормально, — теперь даже в туалет спокойно не могу сходить, — пробормотала себе под нос девушка.
Вадим, откинувшись на спинку стула, полюбопытствовал:
— А причем тут Али?
— Мухин меня тут поменял на пару верблюдов. Теперь мой суженый пристально наблюдает, хочет, видимо, увидеть на моем лице следы пылкой страсти.
— А ты че, не в курсе, что Виктория Алексеевна у нас замуж выходит? — радостно спросил Михаил Федотович, потирая руки. — Я ее сам сосватал!
— Я вам дам, сосватал! — скривился Вадим. — Я, может, сам женюсь!
— То пусто, то густо! Вы меня для этого так срочно искали?
— Вот, заноза! Не для этого! Разговор есть.
Девушка убрала улыбку с лица и приготовилась внимательно слушать.
Мужчина продолжал:
