Была уже половина девятого. Понимая, что может опоздать на работу, Вика Колесникова изо всех сил вдавила палец в кнопку лифта. Тот наконец-то открылся и медленно-медленно двинулся вниз. Неужели эти дверцы никогда не откроются? Она в нетерпении подскочила к выходу и неожиданно отлетела обратно в угол. Сползла по стенке на пол, вытирая дубленкой подъездную грязь. До ее сознания тут только дошло, что она получила удар в лицо. Грязный мужской ботинок метнулся к ней из-за двери лифта, и Вика дополнительно получила удар в живот. Подняв, наконец, глаза, увидела над собой две рожи, покрытые щетиной, сигаретной и уличной вонью. «Зеки или нарики», – отметил машинально разум. Один толстый в синей спецовке почему– то смущенно улыбнулся, продемонстрировав золотую коронку. Разум опять подсказал, что красивая девушка в роли жертвы – неожиданный сюрприз для этого увальня и совсем уж неожиданным для него самого была возникшая ниоткуда мужская галантность. Его напарник – тощий, трясущийся в ознобе, бешенным взглядом рассматривал Вику, вернее искал где ее сумка. Сумки видно не было, – Вика сползла прямо на нее. Громко хлопнула дверь подъезда. Нарик заметался на несколько секунд, затем отпрыгнул куда-то в темноту. Дверцы лифта захлопнулись. Вика кое-как дотянулась до кнопки своего этажа.
Влетев в квартиру и судорожно повернув в замке ключ, она попыталась сообразить что же делать дальше. Надо вызвать милицию. Еще позвонить на работу. Подскочив к зеркалу, Вика убедилась, что левая сторона лица уже в два раза больше правой, и, судя по всему, увеличится еще… «Чудо, что все зубы на месте, хотя и звенят хрустальным звоном» – постаралась успокоить себя девушка, несмотря на охвативший ее нервный озноб.
В поиске напавших на Вику, старенькая милицейская «Волга» около часа колесила по злачным местам и забегаловкам района. У молоденького водителя бензин в баке стремился к нулю, а тут еще по рации сообщили о драке с поножовщиной… Милиционер просительно взглянул на сидящую рядом Колесникову, – та кивнула, понимая, что ее время вышло. Проговорила:
– Тогда в участок! Сейчас позвоню знакомому, – может, он меня заберет…
И стала тут же набирать номер Глеба.
В местном отделении милиции, в одном из кабинетов с расползающейся по швам мебелью, она под жалостливым, а потом пламенным от негодования взглядом жгучего брюнета написала заявление. Пнуть девушку в живот! Какая гадость! Южная кровь и темперамент милиционера фонтанами брызгали на Колесникову, которая к тому времени уже пришла в себя и с любопытством рассматривала окружающую обстановку.
Саму девушку не настолько волновал тот факт, что ее избили, сколько вопрос, – случайность ли этот утренний налет? Может, один из бывших ей решил отмстить таким образом? Или его пассия? Надо подъехать к Светлане и уточнить. Мало ли…
Она подписала заявление, подняла глаза на опера.
– Думаете, их найдут?
– Если сразу за руку не поймали, вряд ли… Если только на другой краже проколются.
– А что будет, если поймают?
– Честно? Ничего. У вас же ничего не похищено.
– А – это? – палец Вики ткнул в висящую до линии плеча щеку.
Опер лишь развел руками.
– В любом случае ничего серьезного им не будет.
– Мило! Я бы посадила за сам факт нападения. Куда пройти для составления портрета?
– В девятый кабинет. Налево по коридору.
В темном коридоре девушка случайно столкнулась с юристом Ворона. Поболтав пару минут, они поспешили каждый по своим делам.
В девятом кабинете к общему плачевному виду мебели добавлялся еще более плачевный вид компьютера и принтера. Вика вздохнула и вошла внутрь. Брови, щеки, нарисованные глаза – все менялось местами в течение часа, но ничего не выходило. Ни хомячьи щеки мужчины в спецовке, ни вытянутый овал лица нарика программа не предусмотрела. Фоторобота напавших на нее не было даже приблизительного…
Час ожидания был для Глеба Баженова испытанием, что явственно читалось на его угрюмой физиономии. Вика привычно прыгнула в джип и чмокнула его хозяина в щеку. Тот на несколько секунд уставился на последствия удара и, наконец, буркнул:
– Нормально тебя задели. Как самочувствие?
– Честно говоря, не очень. И еще грустно, – как подумаю, как быстро доблестная милиция разочаровывается во всем светлом. Работать за гроши, чтобы каждый день глотать негатив, от которого мурашки по коже… Бр-р..
– Домой?
– Да, домой. Завтра не знаю, как пойду на работу. Все решат, что ты меня бьешь!
Неожиданно Глеб, потянулся к задним сиденьям и достал оттуда букет. Вика непонимающе уставилась на него, потом радостно подскочила на сиденье.
– Блин, сегодня же день святого Валентина!!! Точно! У меня из-за этих приключений все из головы повылетало! Спасибо, дорогой! Мне очень приятно!
Глеб сконфуженно улыбнулся и нажал на педаль газа. Машина тронулась в сторону ее дома. Но ухмылка Глеба неожиданно исчезла при новой мысли.
– Значит, на работу завтра собралась?
– Ага. А что?
