Камера останавливается, когда X делается хорошо различимым. Мужчина занимает передний план, боковую часть кадра и смотрит в противоположном направлении. Камера, едва ее поступательное движение прекратилось, поворачивается на 45° — туда, куда глядит X. В результате последний оказывается вне поле зрения, зато появляется на заднем плане А. Камера останавливается на ней, а она являет собой фигуру, закутанную в черное, стоит неподвижно и пристально смотрит прямо в объектив.
После долгого молчания снова зазвучит голос за кадром, уже совсем спокойный, обретший обычную повествовательную тональность, но заметно более эмоциональный.
Голос X:
Довольно медленный наплыв, сопровождаемый характерным шорохом гравия под ногами идущей по саду пары. Это X и А, которые идут, держась ближе обычного друг к другу, в том же самом ночном пейзаже, но только совсем в другом месте, а именно неподалеку от балюстрады, доминирующей над довольно значительной возвышенностью. (Этот каменный парапет может находиться в очень плохом состоянии; не исключено, что с ним соседствует основательно разрушенная статуя.)
Они разговаривают негромко, но внятно. А по-прежнему в своем длинном черном одеянии; оно полураспахнуто и позволяет видеть белое дезабилье. X выглядит более жестким, почти презрительным. А растеряна чуть ли не до утраты рассудка; заламывая руки, она восклицает:
А:
А:
План изменился едва прозвучало последнее слово… В одном из дальних уголков гостиницы мы застаем беседующих X и А; они более или менее в тех же позах, что и на предыдущем плане, но уже одеты комильфотно. Тон X не изменился, разве что голос обрел некоторую усталость и угрюмость. Тон женщины теперь менее просительный, более рассудительный, но не исключено, что звучит более трагично, хоть она и контролирует себя. Декорации характерны для всего облика гостиницы, но сейчас они менее перегружены, более просты в своих очертаниях и, по сравнению с местами, виденными ранее, выглядят строже.
А:
А:
А:
После общего молчания А шепотом произносит:
А:
А:
Молчание.
А:
X:
Последняя фраза X звучит будто издали, как бы приглушенная расстоянием и сном. Она является точным воспроизведением фразы из самого начала фильма (идеально было бы использовать тот же самый звук).
А (прерывая его):
Слышится близкий характерный скрежет гравия под ногами тяжело ступающего человека. Быстрая смена наплывом, совершаемая как только А сделала первое движение, чтобы отстраниться от мужчины.
