Сам Александр тоже сел, заняв место между сыном и женой. Посмотрев на Кирилла, Саша проговорил практически спокойно:
– Разговор будет не слишком приятным, но поговорить придется. – Мальчик кивнул. – Твоя мама считает, что ты связался с плохой компанией и… – мужчина запнулся, немного задумавшись, как лучше преподнести все сыну. Обвинять мальчика с бухты-бархаты в том, что он употребляет запрещенные вещества, не хотелось. Тем более сейчас, глядя на сына, Саша с трудом мог в это поверить. Поэтому после небольшой паузы мужчина произнес:
– Нам с мамой кажется, что ты попал в какую-то беду. А возможно, стал употреблять какие-то препараты, которые…
– Что?! – возмутился Кирилл.
Ольга ничего не ответила, лишь опустила глаза, а Александр, стараясь держать себя в руках, ответил:
– Не кричи, Кирь. И не обижайся. Мы просто волнуемся за тебя, да и твое поведение в последнее время наводит на плохие мысли…
– Какое поведение? Какие мысли?! – мальчик вскочил со своего места и стянул с себя кофту. – Смотрите, смотрите! – в запале кричал Кирюша. – Все чисто! Никаких синяков, или чего там хотела увидеть мама? – Ольга, бегло осматривая тело сына, вздохнула с заметным облегчением, а тот продолжал кипятиться: – Что мне еще надо снять? – Вопрос повис в воздухе. – А… Вспомнил, – с ликованием в голосе воскликнул Кирилл, – мама просила снять штаны. – Он рывком спустил брюки и покрутился на месте. Все было чисто. – Трусы снимать?! – продолжал психовать мальчик.
Ольга, пребывая в странном состоянии, уже собиралась кивнуть, помня, что читала в интернете про область паха («А еще ведь бывают какие-то таблетки, наверное, надо отправить Кирилла сдавать анализы», – проскочила в Ольгиной голове мысль), но дать согласие на дальнейший стриптиз она не успела.
Александр осторожно пнул жену под столом, и она прикусила язык. Мужчина перевел взгляд на сына и проговорил голосом, не терпящим возражений:
– Оденься и сядь. Мы все поняли, прости нас. Но поговорить нам все же придется.
– О чем? – натянув штаны и надев обратно кофту, спросил Кирилл, опускаясь на стул.
– О том, что с тобой происходит. Мама права, ты в последнее время странно себя ведешь: дома тебя почти не бывает, стал просить много денег, постоянно о чем-то думаешь… И еще… Скажи-ка мне, сынок, а где фотоаппарат, который мы с мамой тебе подарили? – услышав вопрос отца, Кирилл напрягся.
Александр это заметил и теперь с каким-то внутренним волнением ждал, что же ответит сын. Ольга в их разговор не влезала, сидела тихо, привалившись к стене.
Молчание затянулось, поэтому Александр, у которого терпение было на пределе, повторил свой вопрос, но уже с нажимом:
– Где фотоаппарат, Кирилл?
– Пап, уже говорил маме, что забыл его у Костика, – опустив глаза, ответил мальчик.
– Хорошо, – понимая, что сын врет, отозвался Саша. – Тогда иди, переодевайся, пойдем сходим к Костику, и ты заберешь фотоаппарат, – мужчина поднялся со своего места и выжидательно посмотрел на сына.
Кирилл заерзал на стуле и почти неслышно произнес:
– Пап, я соврал. Фотоаппарат не у Кости.
– А где? – опустившись на стул, спросил мужчина.
– Я его продал, – не поднимая глаз на отца, прошептал Кирилл.
– Зачем? – продолжал допрос Александр.
– Зачем? Зачем?! – влезла в разговор Ольга, очнувшись. – Чтобы купить таблетки!
– Оль, успокойся, – покачал головой Саша, – ты же видела, что у Кирилла нет никаких следов и вообще дай мне…
– Ничего я тебе не дам. Ты откуда такой наивный, Саш? Если следов нет, то это ничего не значит. Сейчас столько гадости развелось. Ее глотают, нюхают. Короче, собирайтесь, едем в больницу сдавать анализы, – вскакивая со своего места, проговорила Ольга.
– Какая больница? Уже поздно, сядь, давай спокойно поговорим. Не истери, – пытался Саша призвать жену к спокойствию.
– Саш, – никак не могла замолчать Ольга, – за деньги нам в любой клинике сделают экспресс-тест, да и в аптеках сейчас продают специальные полоски, которые…
– Оль, – перебил жену Александр. – Ты меня извини, конечно, но очень тебя прошу, замолчи. А еще лучше выйди из кухни. Я понимаю твое волнение. Я вообще все понимаю, но ты сейчас… – Саша замолчал, понимая, что разговаривать подобным образом с женой при сыне – неправильно, но и смотреть на все молча он не мог.
Мужчина боялся, что жена своей импульсивностью доведет ситуацию до критической точки. Поэтому, тяжело вздохнув, закончил свою речь:
– Ты сейчас перегибаешь палку. Дай Кириллу возможность высказаться. Я тебя очень прошу.
– Хорошо, – кивнула Оля, всем своим видом показывая мужу, что обижена. – Я помолчу, а вы – говорите.
– Спасибо, – улыбнулся Саша и погладил жену по руке, желая успокоить, но та руку отдернула.
Мужчина не стал акцентировать на этом внимание, решив, что с женой разберется позже, сейчас куда важнее разговорить сына.
Посмотрев на Кирилла, Саша спросил:
– Ты расскажешь, зачем продал фотоаппарат?
Мальчик молчал, а потом, будто что-то решив, проговорил с вызовом:
– А что? Я не могу продать вещь, которая принадлежит мне? Вы подарили фотоаппарат мне, значит, он мой, и я могу распоряжаться им, как считаю нужным. Так?
