– В общем, мы с Костей решили помочь Славику. Собрать необходимые деньги на лечение Анфисы Петровны. Я продал фотоаппарат, правда за него дали мало. Мужик все намекал, что фотик ворованный, но, когда увидел документы, полицией пугать перестал, но все равно дал меньше, чем я просил, – грустно усмехнулся мальчик. – А еще мы с Костиком и Славиком стали подрабатывать. Я – раздавал листовки возле магазина, а ребята расклеивали объявления. Вчера я отработал, но зарплату мне не дали, сказали, чтобы приходил сегодня. Я психовал, думал, что меня решили кинуть, но сегодня выплатили все сполна, вот я и вернулся таким довольным, – неожиданно закончил свой рассказ Кирилл.
Ольга, сидевшая в углу, громко выдохнула и шмыгнула носом.
– Ну, ты чего, мать? Расстроилась, что наш сын не пропащий? – попытался пошутить Саша.
– Да ну тебя, – отмахнулась Ольга. – Я считала, что Кирюшка еще маленький мальчик, а он уже настоящий мужчина, надежный товарищ, – призналась Ольга.
– Да, неплохого мы парня воспитали. Только один вопрос к тебе, сын: почему нам все не рассказал? Думаешь, мы бы не поняли? Не помогли бы?
– Славик просил никому не говорить, разве я мог друга подставить? Ведь это не моя тайна, – ответил Кирилл, глядя на отца.
Александр молча кивнул. Ему нечего было сказать. Слишком много эмоций вызвал рассказ и поступок сына, слишком много мыслей всколыхнул.
В ту ночь Ольга и Саша не сомкнули глаз. Они долго разговаривали, обсуждая все, что узнали. А утром сообщили сыну, что хотят помочь Анфисе Петровне. Они даже съездили в больницу, представившись дальними родственниками, пообщались с лечащим врачом женщины, сказав, что готовы купить необходимые лекарства и оплатить операцию.
Но операция не понадобилась. Пожилая женщина ушла во сне. Ее сердце остановилось.
Славик был в панике. Он потерял последнего близкого человека и очень боялся попасть в детский дом.
Александру с Ольгой было жаль мальчика, они видели, как переживает их сын. Поэтому на семейном совете решили оформить опекунство над Славиком. Собрав все необходимые документы, они осуществили задуманное.
Кирилл оценил поступок родителей и был им безмерно благодарен. Отношения в их семье стали более открытыми и доверительными. В доме вновь появились покой, гармония и любовь, а что еще нужно для счастья?
– Алешенька, сынок, попроси, пожалуйста, Лолу прикрыть окошко, – пропела с заднего сиденья премиленьким голосом Дарья Васильевна.
– Мам, а сама ты не можешь попросить Лолу? – удивился Алексей, которому сегодня совсем не хотелось участвовать в заварушках своей мамы и жены.
Обычно Леша с юмором и пониманием относился ко всем шуткам матери. Он любил ее правильной сыновьей любовью и осознавал, что его вторую жену, Лолу, она принять не может, считая, что та увела его из семьи.
О том, что семья Алексея и до Лолы трещала по швам, Дарья Васильевна, конечно, догадывалась, но она была дамой старой закалки и искренне полагала, что бороться нужно было до последнего. А ее сын бороться не стал. Ушел, променяв родную и любимую жену на тело помоложе, оставив маленькую дочку, которой, на минуточку, уже было четырнадцать, расти без отца.
В общем, Дарья Васильевна была возмущена и разочарована, но… сын есть сын. Поэтому новую невестку терпела, хоть частенько цепляла и подтрунивала над ней. Но делала это так мило и по-доброму, что Алексея это всегда веселило. Всегда, но не сегодня.
Сегодня у него трещала голова, во рту была пустыня Сахара и настроение на нуле. Вчера вечером он очень удачно посидел в баре, отмечая с коллегами окончание крупного проекта и зная, что впереди суббота, а значит, можно будет отдохнуть, отоспаться. Только вот забыл бедный Лешенька, какое на календаре число. А было двадцать пятое мая. Именно в этот день уже пятый год подряд мама перебиралась на дачу. Ни днем раньше, ни днем позже.
Когда утром мобильник Алексея завибрировал на тумбе, мужчина захотел его разбить, но увидев, что звонит мать, трубку взял.
«Мало ли что? Все-таки возраст», – пронеслось в голове у Леши, когда, еле ворочая языком, он прохрипел в трубку «алло!».
– Сынок, ты еще спишь, что ли?! – услышал он возмущенный голос мамы.
– Ухум… – промычал Алексей.
– Ты забыл? – с обидой в голосе спросила Дарья Васильевна.
– Что?
– Ты должен везти меня на дачу! Ты же обещал…
– Мам, а давай завтра? – взмолился Леша, который прекрасно понимал, что отмазаться не удастся и придется вставать, приходить в себя и садиться за руль.
Отправлять мать на такси – не вариант. На даче нужно было все проверить, привести в рабочее состояние. Справиться с этим самостоятельно Дарья Васильевна не могла.
– Какой завтра? Я уже готова, сижу на чемоданах. Жду… Как эта… Как его… Хатико, – победоносно воскликнула женщина.
У Алексея от этого крика затрещала голова, и он проговорил очень медленно, надеясь, что голова не лопнет:
