Ромейское царство полностью

Христианская этика с ее представлением о теле как об источнике греха заставила отказаться от присущей античности обнаженности — теперь это воспринималось как соблазн, как порождение диавола. Поэтому костюм женщины, как правило, состоял из одетой на голое тело довольно простой, но обязательно закрытой, да еще и подпоясанной туники из мягкой ткани. Она плотно прилегала к шее и имела рукава до запястья. Поверх нее носили еще одну, верхнюю длинную тунику-столу из более плотной ткани с широкими рукавами. Правда, в XII в. она стала короче, до колен, но нижняя туника доходила, как прежде, до ступней. Обязательным добавлением являлись мантия, иногда обшитая мехом, или застегивавшаяся сзади длинная накидка-пенула с отверстием для головы и капюшоном, а также покрывало — мафорий или прандий, которые накидывали на голову или одевали наискось и прикрывали лицо и плечи. Об этом свидетельствует в середине XI в. Михаил Пселл, рассказывая, как его мать Феодота в великом горе по умершей дочери-подростку откидывала прандий, не думая о том, что ее могут увидеть посторонние мужчины. Сбросить такой шарф на плечи и тем самым совершенно открыть голову, лицо считалось верхом неприличия и могло разрешаться только актрисе, блуднице. Христианская мораль запрещала замужней женщине ходить с непокрытой головой. К слову, это же обстоятельство делало не нужным особенно сложные, вычурные прически.

Женщины из знатных семей щеголяли в одеждах из дорогих тканей, с красивыми узорами, вышивками, вставками-клавами, а на ноги одевали мягкие, похожие на чулки кожаные или шелковые башмачки, расшитые жемчугом, золотом, вышивкой, драгоценными камнями. Особой популярностью среди дам пользовалась скарлата — довольно сложного пошива платье красного цвета с длинными узкими рукавами. Даже девственницы-парфены и вдовы порой носили предписанные их положению темные простые одежды с таким изяществом и изысканностью, что оказывались более обольстительными, чем одетые в шелковые наряды. В таких случаях тщательно наложенная вокруг лица женщины белая повязка особенно выгодно оттеняла наброшенное сверху черное покрывало.

Но ношение очень тонких, легких, тем более прозрачных тканей, выявляющих фигуру, осуждалось Церковью. То же самое относилось к макияжу, и тем не менее, он становился все более обильным, особенно в правление династии Палеологов. Уже в конце IV в. красноречивый проповедник Иоанн Хрисостом убеждал своих слушательниц в том, что роскошь мешает выявиться природной красоте и только подчеркивает безобразие лица. Однако и через четыреста лет монах Иоанн Дамаскин продолжал называть обольстительницами тех, кто разукрашивает свое лицо, подобно цветущему лугу, румянит щеки разными тонами, белит лицо крахмалом или иными средствами, подводит черным глаза. Но что бы ни говорили церковные авторитеты, в миру это считалось верхом утонченности. Любовь к роскоши брала свое. Парадоксально, но люди, отрицавшие ценности видимого мира, восстававшие против излишеств, были создателями искусства такой высокой моды, такой красоты, такой ослепительной роскоши, с которыми не многое можно сравнить.

Даже простолюдинки, бедные женщины из народа старались в манере одевать свои простые одежды из дешевой, одноцветной ткани подражать богатым дамам и как могли украшали свой внешний вид. Все, кто мог позволить, выщипывали брови в узкую линию и подчеркивали черной краской. Губы щедро красили в яркий красный цвет. Лицо белили. В зрачки закапывали сок белладонны, чтобы они сужались до размеров черной точки. Когда было по средствам, все это подчеркивали различными броскими, многоцветными украшениями из золота, серебра, жемчуга, бисера, драгоценных и полудрагоценных камней, особенно аметиста и изумруда., которые обременяли головы, покрывали ноги, блистали на поясах, прикрепляли к одеждам, служили для застежек.