В феврале 1946 года Гари приехал в Болгарию. Из кадровой службы ему тут же пришла анкета, которую следовало заполнить и отослать в министерство с приложением необходимых документов — от него требовали подробную информацию о расходах на дорогу до Софии. В те годы прямого транспортного сообщения до Софии не существовало. Поэтому Гари вылетел из Парижа на самолете, а затем пересел на теплоход, шедший через Алжир, Бенгази, Каир. В Каире ему пришлось три дня ждать самолета до Анкары. На открытке из Алжира, переданной Лесли через «Кальман-Леви», было изображено «стойбище кочевников в пустыне» и сделана надпись:
Направляю вам должным образом заполненную анкету.
Но беру на себя смелость заметить, что печать и отправка бланка этой анкеты потребовали от меня не окупаемых и совершенно не обоснованных затрат времени и денег. Подобная мера предосторожности не предотвратит мошенничества — одним словом, это дополнительное бремя французским налогоплательщикам.
Прошу прощения за вмешательство, но мне редко случалось сталкиваться со столь вопиющими случаями разбазаривания государственных средств.
Во главе Болгарии стоял премьер-министр коммунист Георгий Димитров{348}. Когда Пшер пришел к власти, Димитров находился в Германии и был обвинен в поджоге рейхстага 27 февраля 1933 года. Он предстал перед Верховным судом и был допрошен на очной ставке с Герингом, который «задавал вопросы так, словно сам был судьей». Димитрова, как и всех остальных, кроме ван дер Люббе{349}, оправдали. Димитров перенес тяжелые болезни, прошел не только нацистские концлагеря, но и сталинские «чистки». Царица и царь Борис III по-прежнему оставались в Болгарии, но в стране всем заправляла Советская армия. В «Юнион-клуб» посол Соединенных Штатов произносил пламенные речи перед теми, кого ожидала тюрьма или виселица.
Другом Гари в «стране народной демократии» стал Николай Петров, прямой и отважный человек, выходец из болгарской аристократии. После окончания Сорбонны Петров возглавлял софийское отделение «Альянс Франсез». Кроме того, он руководил либеральной аграрной партией и был главным редактором газеты «Народно земеделско знаме»{350}. в надежде увидеть лучшие времена для своей страны Николай слишком рассчитывал на поддержку посла США Мейнарда Барнса. Против Петрова сфабриковали дело, и он был приговорен к смертной казни через повешение, несмотря на протесты западных держав.
Лесли приехала в Болгарию только в апреле. Из Лондона она отправилась в Париж, остановилась у Рене и Сильвии Ажидов и ожидала разрешения ехать к мужу. Гари не взял с собой ничего, кроме одежды, потому что у него ничего и не было, а вся собственность Лесли погибла во время бомбежек. Министерство иностранных дел выдавало своим сотрудникам, командированным за границу, вино для официальных приемов. Лесли нанесла визит сотруднику МИДа, и в Болгарию дипломатической почтой были отправлены ящики с вином.
