Они говорили правду, но наводили жути. Причем не абы какой, а нужной мне и очень аргументированной. Поэтому показали ей дыры в крыше Дворца Согласия и Единства, самые «кошмарные» моменты штурма ГОК-а, самоубийственный уход из системы с картинкой стремительно увеличивающегося в размерах росского корабля и так далее. Получалось, видимо, неплохо, так как «нарезку», собранную из особо красивых моментов нашего боя в мертвой системе, гостья смотрела, открыв рот. От просмотра результатов устроенного мною побоища, в частности, от вида изуродованного серией взрывов корабля-матки и тел, выброшенных в космос, потеряла аппетит. А правильно поданный процесс спасения Рати и Чистюли — две одновременно демонстрируемые картинки, на одной из которых присутствовало окошко дальномера СДО, а на другой цифры, показывающие содержание кислорода в скафандре бывшей Ви’Ламор — заставил ее нервно сжимать кулаки и облизывать постоянно пересыхающие губы.
Я считал так же, поэтому на следующие полтора десятка вопросов, касавшихся клана «Конкистадор», дал развернутые, но наполненные все той же жутью, ответы. Нет, ничего конфиденциального, само собой, не озвучивал. Просто показал пару записей из тех времен, когда «Конкистадоры» были не кланом, а экипажем одного из самых известных и удачливых каперов галактического союза. Потом дал понять, какую строчку в неписаной иерархии Республики мы занимаем сейчас. И в качестве вишенки на торт продемонстрировал запись поединка пятилетней давности с участием тогда еще не такого пузатого Тони Бассо и обнаглевшего посетителя клуба «Отстреленная Дюза». С начала до конца. И без купюр.
В тот момент, когда Коротышка мощнейшим ударом абордажного палаша развалил своего противника от плеча и до паха, Сойюми, которой, по моим ощущениям, было лет девятнадцать, еле удержала на месте содержимое желудка. А потом запоздало зажмурилась и уткнулась лбом в пол рядом со своим пищевым контейнером.
Мои девочки пережили неприятную картину куда спокойнее. Так как я заблаговременно предупредил их о том, что собираюсь демонстрировать ролик, смотреть который можно либо под боевым коктейлем, либо с закрытыми глазами. И благоразумно выбрали первый вариант.
— У вас в Эррате в ходу такие дуэли? — кое-как оклемавшись, спросила Ви’Оми.
— Эррат — республика спокойная… — равнодушно сказал я. — И в ней дуэли, как таковые, не в ходу. Но этот флотский имел наглость вломиться в ночной клуб к «Конкистадорам» и весь вечер строить из себя живое воплощение Смерти. А когда допрыгался, то согласился на поединок по
Тэххерка зябко поежилась:
— Да уж! Кстати, не думаю, что у проигравшего были бы хоть какие-то шансы и в рукопашке!
— Да, Тони неплох! — подтвердил я. — И если бы не солидный возраст, был бы серьезным противником.
— «Был бы»?! Вы серьезно?! — язвительно уточнила Сойюми.
— Открою страшную тайну: среди «Конкистадоров» не принято оценивать свои шансы
— И?
— Что «и»? В восемь, само собой, проиграл. С шестнадцати и до восемнадцати отдавал порядка половины. А потом перестал.
— Что далеко ходить? — хихикнула Лани. — Вот он, вот вы. Переварите обед — попробуйте его на прочность.
— Только не вздумайте выбирать бой без ограничений… — предельно серьезно добавила Рати. — Он вас сломает на первой же секунде…
…Несмотря на взыгравшее самолюбие и впитанную с молоком матери уверенность в том, что тэххерки превосходят нас, людей, чуть ли не на две головы абсолютно по всем параметрам, Ви’Оми все-таки прислушалась к совету моей… хм… второй официальной любовницы. Поэтому часа через полтора после обеда, когда гостья переварила еду, основательно размялась и подготовилась к поединку, мои дамы заказали в ВСД по две шоколадные конфеты, удобно устроились под одним из тренажеров и, не дожидаясь начала действа, развернули по первой обертке.
— Может, стоило взять хотя бы грамм по двести? — язвительно поинтересовалась у них Сойюми.
— Мы взяли с большим запасом! — парировала Рати. — Не верите — начинайте!
