Россия никогда не сдавалась полностью

Мединский: Так Улицкая и не обиделась. А Шендерович — человек, глубоко ментально нездоровый, он видит обиды и козни там, где их нет. Нельзя состоять только из желчи и ненависти — это вредно для здоровья. Мне нравятся книги Улицкой, и я искренне, без подготовки, без бумажки приехал на ее юбилей. Тем более что происходило все в нашей подведомственной Библиотеке иностранной литературы.

Культура: Отмечать день рождения российского писателя в Библиотеке иностранной литературы. Оговорочка по Фрейду…

Мединский: Заехал, произнес слова. Ну, отчество один раз перепутал. Мне подсказали, дальше я говорил правильно. После раздутой в интернете шумихи сама Улицкая мне позвонила, извинилась за хамство Шендеровича…

Культура: Степень раздутости свидетельствует о том, что за столом Вы оказались, мягко говоря, не с теми.

Мединский: Знаете, в «Единой России» я считался главным либералом, а теперь как министр культуры считаюсь чуть ли не главным на всю страну консерватором. Но к деятелям культуры я отношусь не в зависимости от их политических воззрений, а в зависимости от их таланта. Поэтому для меня не «западло» приехать на день рождения Улицкой и сказать, что Акунин мой любимый писатель-беллетрист. Но когда Акунин занимается политикой… Не надо, лучше книжки пишите. А то, если хотите, приходите ко мне в министерство, сядьте рядом, я вам с удовольствием дам какое-нибудь поручение, нужное и важное для русской культуры. Попытаетесь сделать нечто конкретное и увидите, что здесь нет никаких упырей кровавых, которые думают только о цензуре. Мы искренне работаем для того, чтоб стало лучше. Попробуйте с нами.

Я ведь пригласил Ирину Прохорову возглавить Общественный совет министерства. Давайте, поработайте практически. У меня каждый день найдутся 15 минут для разговора с главой Общественного совета по всем вопросам. Что мы делаем неправильно, подсказывайте. В чем суть оппозиции? Вы должны указывать на наши ошибки, чтобы вместе их исправлять. Мы будем вам благодарны, даже отдадим вам часть власти. Но — нет, Прохорова очень занята. А Денис Мацуев, который массу полезного делает в Общественном совете, видимо, занят меньше?

Культура: Интересно, какой талант Вы цените в Прохоровой?

Мединский: Она не деятель культуры, она культменеджер. Постоянно заявляет, что в культуре многое делается не так, проекты надо реализовывать иначе, подход к управлению должен быть другой. Я сказал: все Ваши идеи обсудим, что утвердим — будем реализовывать, даже авторство поставим — копирайт Прохоровой. Увы, ей это, видимо, не интересно.

Культура: Существенный раздражитель, исходящий из нынешнего Минкульта, — антипиратский закон. Как отечественная интеллигенция привыкла к тому, что деньги у государства можно брать без отчета и отдачи, так и рядовой потребитель культурного продукта считает этот продукт бесплатным общеколхозным достоянием. Развернулось активное противостояние законопроекту о пиратстве, петиции подписываются, подписи собираются. А Вы тем временем предлагаете распространить его действие, помимо музыки, на кино и литературу.

Мединский: Обязательно. В России нет смысла ничего писать, потому что через полчаса после издания книги ее выкладывают где-нибудь на Флибусте. Нет смысла снимать кино, потому что на второй день после премьеры, а зачастую и до нее, фильм уже в RuTracker’е. Писатель не может жить на доходы от своего труда, а кинематограф вообще не способен существовать как коммерческая отрасль.

Какой смысл государству вкладывать деньги в то, что обречено на дотируемость?

Культура: Ваш друг Акунин вроде бы недурно живет на доходы от детективов.

Мединский: Ну, это единичные случаи. Можно еще Донцову вспомнить. Вот я вам скажу: все мои книги выложены в интернете. И я видел: как только новая книга попадает в Сеть, ее продажи уменьшаются в десять раз. Не просто уменьшаются, а в десять раз!