Партии интеллигентско-дворянские — где они? Разбиты, изтаны, преследуемы! Как тянулись к власти, как искали ее члены первого временного «благоверного» — вместе с атеистами Керенским, Гучковым и Шингаревым — правительства! Как веселились и торжествовали в упоении власти, как утопали в приветствиях, как радовались якобы безкровной революции, как заваливали Россию и народ своими обращениями, призывами, воззваниями! Где они, эти первые властители? Покажите хоть одного у власти! Убиты, в тюрьмах, в изгнании, в трепете, в неизвестности! <...>
И все, в чем обвиняли старую власть справедливо, все повторили новые властители, только все усилили в тысячу раз. И здесь — какой Божий приговор, какой позор перед человеческой историей и полное отсутствие какого-либо оправдания! Так случилось с первой властью, без конца менявшеюся в своем составе, пока ее не разгромили наши нынешние властители, вышедшие из ее же рядов и ею же вскормленные.
<...> Предстают пред нами от Бога посланные мстители со-вне — Вильгельм. а внутри — большевики. Повторяем: и они творят свою волю, они ответственны за все свои деяния, за все жестокости, за всю кровь, за все насилия, но Бог попускает им творить злую волю для проявления Своего суда. Есть во всем этом что-то ужасное, и есть что-то провиденциальное. Они — орудие тева Божия, и Вильгельм не раз об этом заявлял. Как древний Рим, железный и кровавый, безпощадный и безжалостный, воцарились они теперь над развалившеюся жизнью. Не злорадство говорит нашими устами. Ведь и пророк не сочувствовал, конечно, Риму, не радовался его приходу, — он только со скорбью предрекал его явление, предрекал и конец народной истории, — как от наводнения... Но Бог судил и судит, и перед нашим сознанием стоит эта мысль: есть Бог, и есть Его нелицеприятный суд!
И в годовщину революции я раскрываю третью главу таинственной книги. Она имеет надпись: «И окончательная, предопределенная гибель поститет опустошителей...» (Дан. 9,27).
Если Вильгельм, если нынешние наши правители не поймут знамений времени, то их поститет страшный суд Божий еще здесь, на земле. Они сами разделятся и потбнут в междуусобной войне. «И сбудется слово»: «Меч их внидет в сердца их, и луцы их сокрушатся»... (Пс. 39,16).
<...> Как логическим следствием социализма в его исканиях свободы был большевизм, так последовательным и логическим концом свободы будет анархия, и она грядет к нам, — черная, страшная, таинственная и ужасная. Она сметет нынешних правителей, она еще раз явит страшные страницы суда Божия. И этот Божий суд откроет нам воочию, что свободы полной и абсолютной у человека нет и быть не может, что она ограничена и направляться должна Законом Божиим: подобно пару или паровозу, при отсутствии разумного правителя, она ведет к разрушению жизни, подобно реке, текущей не в русле и вне берегов, она обращает жизнь в болото и в источник болезней. И когда перед нами предстанет «конец от наводнения», тогда начнется, — конечно, если покаемся и будем достойны жизни, а не смерти, — начнется воссоздание жизни. И это не только в России, а во всем человечестве, в России же только тем для нас вразумительнее и яснее, что перед нами теперь — модель мирового движения...» м
Иеродиакон Гефсиманского скита Евфимий (9.3.1917): «Свершилось ведь на Руси то, о чем умные люди боялись и думать. Из какого<->то адского студенца выползла «режьпублика»... Приходится проститься, не говорю с Самодержавием, но и с конституцией... Революционеры укрываются за народ; доб-ра<,> вишь<,> желают рус.<ским> людям, обещая, что с введением народоправства потекут медовые реки в кисельных берегах. — Но ведь это обман и гнусная ложь. Если суждено нашей родине республиканское правительство, то, нет сомнения, во главе его станут люди не с рус.<ским> сердцем и не с Православ-н<ою> душою. Среди нас так много инородцев-иноверцев с претензией «воло-деть» нами. Да и сами мы, як быдло, охотно протягиваем шею под ярмо рабства... Временное правительство (ну, и прохиндеи же!) это уже и [делает] намечает в своей программе кабинета.
«Свобода»... но кому? только разрушителям старого порядка. Противники и рта не моги раскрыть... Затем — «отмена всех сословных, вероисповедных и национальных ограничений», и т.<ак> далее. Не правда ли, с каким дьявольским умыслом ведутся подкопы и кладутся мины под рус.<ские> народность и Церковь? А тут еще эта затяжная война с ее злыми исчадиями...
Боже мой! Какая в будущем грозит нам разруха, какое предвидится тяжелое смутное время!»29
М. А. Новоселов, духовный писатель (11.9.1923): «<...> Я думаю, что и разум и совесть христианина для своего умиротворения должны прежде всего, по возможности, осмыслить факт, стоящий перед глазами, факт, что Тот, Кто есть Живой, Вечный и Всемогущий Источник всякой святыни, Кем святится всякая святыня, допустил, при Своем всемогуществе, быть всем этим возмущающим, оскорбляющим и удручающим нас явлениям.
