Завтра необходимо ехать к доктору. Я полагаю, что вызвать такси труда не составит, а вот выйти из квартиры – дело особое. Если на лестничной клетке будут находиться жильцы, то мне станет неловко, ведь я совершенно напрасно побеспокою их и куда уж страшнее этого – заставлю нервничать по поводу их здоровья, ведь они-то думают, что я заражу их при первом же контакте. По их мнению, сосед Лука подхватил инфекцию, в то время как передал мне пакет с продуктами. Как бы все это нелепо не звучало, мне помогают, значит и я должен думать о людях. Еще одно тревожит меня. Не встречу ли я вновь гражданина Н. на улице, не увяжется ли он за мной, дойдя в этот раз до подъезда?
Я продумал все до мелочей. Безусловно. Сперва вызову такси на определенное время, но чтобы точно остаться незамеченным, я выйду заранее, подловив момент, когда в подъезде не будет никого и быстро выбегу на улицу. Затем сверну за угол и сяду на лавочку, хоть на улице уже и пошел снег, я в любом случае предпочел бы промокнуть, чем попасться на глаза кому-то из соседей или, не дай бог, этому безумцу, наверняка караулящему меня под дверью. Так и сделаю.
25.
Больница была совершенно в непригодном для оказания медицинских услуг состоянии: стены с потрескавшейся краской, местами отвалившиеся куски бетона, сколотые, видимо, уже давно у главной лестницы резные балясины и фризы, различные элементы полностью угробленной архитектуры – все погружало в атмосферу отсутствия людей, но на самом деле последних на удивление было довольно-таки много. Персонал, включая санитарок, сестер и докторов, бегал туда-сюда по коридору, а пациенты, ожидающие в очередях, напротив, сидели, чуть ли не прижавшись друг у другу, многие из них что-то бормотали и почти все смотрели в пол. У меня возникло ощущение, что если я чуть ускорю шаг, проходя коридором, то у кого-нибудь точно случится приступ.
Все началось с того, что врач, к которому я попал крайне быстро, спросил меня, попутно перебирая бумажки: «Известно ли вам, что вы опоздали на обследование на полтора месяца?» – он ничуть не выглядел обеспокоенным и рассасывал конфету.
«Как! Но ведь я верно следил за каждым днем на календаре и даже отмечал даты до дня отправки в больницу!» – ответил я, как бы с оправданием, не понимая даже того ужасного факта, что совершенно потерял огромный кусок времени.
«Поэтому я должен вас заверить, что, записавшись несколько месяцев назад, вы оплатили услугу и теперь я должен вас обследовать вне очереди, помешав другим пациентам!» – продолжил доктор, растягивая нижнюю губу, чем-то похожую на дверную ручку в горизонтальном положении. В его белых зубах пролетела желтая конфета.
«Примите мои извинения, если это необходимо, я могу прийти в другой раз!» – я пожал плечами и посмотрел на седые усы доктора Семионова.
«Как вам будет угодно! – строго и выразительно сообщил он и достал из стола коричневатые тетради. – Но я посоветую пройти обследование именно сейчас».
«Ну, если это критически не повлияет на время процедур других пациентов, то я соглашусь!» – в этот момент в кабинет вошла молоденькая сестра в смешной, слегка мятой медицинской шапке, из-под которой были видны вьющиеся каштановые волосы, и буквально швырнула на стол огромную пачку бумаг, которые попали рядом с упаковкой сосательных конфет, и доктор пересыпал конфеты к себе в карман.
«Что вы, что вы! О других пациентах вам беспокоится не стоит, уверяю, они у нас такие смирные и беспомощные, того и гляди помрут! – протороторила она и захихикала, глядя на доктора. – Если вам нужно будет пройти обследование в любой момент времени, вы только скажите, никто из пациентов и не осмелится даже сказать что-то против!»
Я не ответил – слишком уж резкими мне показались ее слова о беспомощности пациентов, вероятно, я мог и себя отнести в их категорию и, оставаясь в том же положении, я тяжело вздохнул, делая вид, что смиренно соглашаюсь со всеми словами.
«Ничего, Ниночка, господин сам решит, когда ему проходить обследование», – с преломленной улыбкой, а, верней даже будет сказать, что с некоторой нахально-издевательской ухмылкой сказал доктор и указал на круглые часы, висящие над дверью.
«Сейчас, – ответил я с такой утвердительностью, чтобы они точно поняли. – Сейчас, думаю, самое время, благодарю вас!»
Доктор еще раз улыбнулся, а медсестра выпрыгнула за дверь, точно балерина, все еще хихикая и, время от времени прикрывая лицо своей маленькой ручкой. И, хотя мне от всего этого стало не по себе, и я даже захотел поскорее покинуть столь угнетающее место, но все же мысль об ужасающе долгом ожидании подобного осмотра не оставляла мне иного выбора, кроме как пройти необходимые мероприятия.
«Вот и славно!» – отметил профессор и сделал какие-то пометки в своих бумагах.
«Нужно ли мне что-то сейчас рассказывать?» – спросил я, надеясь на ускорение процедуры, доктор же лишь неодобрительно покачал головой.
«Вам всего лишь нужно подождать ровно две минуты, восемь секунд и не отвлекать меня», – сухо ответил он.
