– Ты ничего не знаешь обо мне и моих родителях, если полагаешь, что они пытаются запихнуть меня на одну ступеньку с Элли. Конечно, вам приятно думать, что мы просто мерзкие карьеристы – тогда не придется признавать, что Элли просто нравится Алексу больше, чем все Флисси и Поппи на свете.
– Я совсем не… – начинает Майлз, но я снова прерываю его.
– Честное слово, я считала, что ты не такой противный, как сначала показалось, но ты, друг мой, просто веронский герцог.
Майлз недоуменно хмурится, но тут, к счастью, машина подъезжает к Холирудскому дворцу.
Не дожидаясь, пока водитель откроет для меня дверцу, я вылезаю под дождь и ухожу, не оборачиваясь.
Я просыпаюсь, когда что-то падает рядом с моей головой. Приоткрыв глаза, я вижу планшет, лежащий на подушке, и тру лицо, пытаясь отогнать сон, который уже почти не помню, кроме того, что, кажется, там был Майлз, и…
– Что, черт возьми, произошло вчера вечером?
Это Элли – необыкновенно злая Элли, если судить по голосу. Я привыкла к тому, что здесь она разговаривает голосом музейного гида, и возвращение знакомой старшей сестры одновременно пугает и радует.
А потом до меня доходит ее вопрос.
Я сажусь. На улице светло, солнце льется сквозь просвет в тяжелых бархатных шторах, и я вздрагиваю, когда Элли подходит к окну и раздергивает их. Часы показывают всего-навсего семь, но Элли уже полностью одета: на ней черное узкое платье, с красным кардиганом поверх, а светлые волосы собраны в узел на затылке. Даже украшения на месте – хорошенькая брошка в виде цветка чертополоха и тонкий серебряный браслет. Может, поутру ей помогают одеваться птички?
Так. Прошлый вечер.
Я беру планшет и вижу на экране заголовок воскресной газеты.
«ОН ЛЮБИТ ДЭЙЗИ!»
Передо мной размытый снимок: я на пороге клуба, рука Себа у меня на плече. Майлза и Изабель не видно, и всё это похоже на…
– Как глупо получилось, – произношу я, глядя на Элли.
Она стоит в ногах кровати, стиснув зубы и тесно сплетя на груди руки.
– Вчера вечером Изабель уехала с Себом, а я хотела ее забрать!
Подойдя к кровати, Элли отбирает у меня планшет.
– А в интернете пишут другое, – говорит она и открывает страницу за страницей.
СЕБ И ДЭЙЗИ!
ПРИНЦ СЕБАСТЬЯН: НАКОНЕЦ ЕГО ЗАСТУКАЛИ?
КОРОЛЕВСКОЕ СВИДАНИЕ
ПРИНЦЕССА ДЭЙЗИ?
Я едва сдерживаю смех.
– Бред какой. Мы с Себом вчера почти не разговаривали. Неужели от одной фотографии все решат, что мы – пара?
Я иронически качаю головой, а потом смотрю на Эл. И замечаю, что она совершенно бледная и искренне расстроенная.
Смутившись, я отвожу волосы с лица.
– Эл, ты же знаешь… – начинаю я, но сестра отмахивается.
– Я знаю только одно: сейчас это главная сплетня на всех новостных сайтах Шотландии, а может быть, и целой Великобритании.
Наши взгляды встречаются.
– Утром приехала королева.
И мне становится не до смеха.
– Королева? – с трудом выговариваю я.
Элли кивает и нервным движением, чего я не видела уже много лет, крутит браслет на запястье.
– Она хочет тебя видеть.
– Тебе не кажется, что они перестарались? – бормочет папа, пока мы шагаем по коридору в гостиную, где нас ожидает королева.
Мама, идущая с другой стороны, бросает на него сердитый взгляд.
– Лайам, прекрати, – говорит она почти шепотом. – Дэйзи отлично выглядит.
– Она похожа на сувенирную куклу, – замечает папа, и я хмурюсь, разглядывая свою юбку – в ярко-красную, черную, фиолетовую и зеленую клетку.
Ничего более шотландского я не нашла в своем новом, одобренном Глиннис гардеробе. К юбке я надела строгую черную блузку, черные чулки и красные балетки.
Но да, возможно, клетчатый жилет в тон – это уже слишком.
Или головной убор?
Протянув руку, я сдергиваю клетчатый берет с головы и протягиваю маме. Та прячет его в сумочку.
– Мне страшно, – шепотом объясняю я. – Я избежала темницы после случая на скачках, но это?… Без шансов.
– Дэйзи, – произносит мама сердитым тоном, который обычно приберегает для папы, а тот просто похлопывает меня по плечу.
– Мы будем тебя навещать, милая, обещаю.
Ткнув его под ребра, я подавляю нервное хихиканье. Мама возмущенно цокает языком и взволнованно крутит сережку.
В коридоре, по которому мы идем, полутемно. Маленькие светильники с абрикосовыми шелковыми абажурами отбрасывают пятна света на старинный ковер. В этой части дворца я еще не бывала. Здесь расположены личные апартаменты королевы, и они выглядят более женственно, чем прочие помещения. Королева взошла на трон в восемнадцать лет, и я вдруг задумываюсь: интересно, она сменила интерьер в Холируде, когда обрела власть? Я бы обязательно это сделала. Но, конечно, не выбрала бы персиковый и голубой. Я бы предпочла… фиолетовый. И ярко-зеленый. Чтоб люди не расслаблялись.
А может быть, я сейчас думаю об интерьерах, чтобы не испугаться окончательно.
