Внутри зашевелились, зашаркали подошвами, и дверь скрипнула, отворившись. Сначала Роза увидела большой клок седых волос. А потом поняла, что мужчина, которого Манни назвала Рэем, был стариком. Борода с усами надёжно скрывали низ его лица, а обветренный лоб прятался под лохмами «перец с солью». В морщинистых веках глубоко сидели маленькие чёрные глаза, смотревшие с неожиданным уважением. Старик нахлобучил на голову шлем из мелкой кольчуги и низко поклонился, проскрипел:
– Лисса Розалия, хорошо, что вам стало лучше. Что бы мы делали без вас, даже представить не могу.
Роза оглянулась на Манни, та подняла брови. Мол, чего молчишь, скажи, что хотела. Да, надо сказать…
– Спасибо, Рэй. А где остальные… бойцы?
– Кто? А, мальчишки… А я позову их! Грэм! Вильор! А ну вниз! Лисса хочет вас видеть!
– Я поднимусь! – остановила его Роза и бросила уже начавшей возражать Манни: – Сказала поднимусь. Я хочу посмотреть со стены.
Не ожидая укоров младшей, она подобрала юбки и шагнула в дверь, заставив старика посторониться. В башне воняло ещё почище, чем в замке. Ссут они прямо здесь, что ли? Нет, так невозможно жить… Их всех надо учить вообще самым элементарным вещам, начиная с личной гигиены… Туалеты с банями строить.
Тёмная лесенка, скрипевшая под ногами, привела её на стену над воротами. Деревянный настил крыши закрывал её от дождя и солнца, а узкие бойницы позволяли рассмотреть местность по кусочкам. Если, конечно, не высовываться. Но этого делать Роза не собиралась. При виде её двое оборванцев в лохмотьях и с арбалетами вскочили навытяжку и, похоже, даже дышать перестали. А может, это потому, что сзади пыхтел Рэй, вскарабкавшийся по ступенькам за лиссой. Мальчишки имели вид презабавный. Но смотрели серьёзно и устало. Роза осмотрела видимый кусок стены и сказала:
– Здравствуйте. Как вы тут? Проголодались? Я велю Манни принести вам супа…
– Благодарствуем, лисса Розалия, мы уж как-нибудь, – отчеканил старший из парней, переглянувшись с младшим.
– Я хотела посмотреть, чем занимаются варвары, – сменила тему Роза, подумав про себя, что им неплохо бы и двойную порцию принести. Старший кивнул в сторону поляны, где расположился лагерь захватчиков:
– Дак это… Жрут, сволочи, и дристают. Жрут и дристают. Не в коня корм…
И вздохнул. Роза осторожно выглянула из-за стены в бойницу. В лагере царило вялое спокойствие. Будто, натренировавшись в ложном бою, воины утомились, пообедали и уснули. Костры уже дымили слабенько, вполсилы – дремали до ночи. Шкуры шатров блестели на солнце, и казалось, что они были сделаны из мягких листов тёмного металла. Повозки, окружавшие лагерь, походили на утыканных иголками ежей – из них торчали копья, угрожающе направленные на замок. Лошади, потряхивая косматыми головами и обмахиваясь длинными хвостами, лениво паслись у окраины леса. Скрытая сила была во всём. Словно тигр, тяжёлый и с виду неповоротливый, лагерь отдыхал, готовый проснуться по первому сигналу и одним точным броском уничтожить опасность.
Однако не всё было так спокойно, как казалось. Кое-где фигуры страшных воинов, скорчившиеся пополам, корячились по кустам и зарослям тростника у воды в очень характерных позах. Иногда до замка доносился тяжкий стон человека, который хочет, но не может облегчиться. Или уже облегчился, а из него ещё хлещет… Роза только головой покачала. Всё понятно. Кишечное расстройство овладело варварами. Пылающие изнутри кишки выведут из строя любую армию.
А ей, Розе, это только на руку.
– И давно они так? – спросила рассеянно, думая о возможной причине болезни. Парень пожал плечами:
– Со вчера.
– Вот нам жрать нечего – мы и не дристаем, – хмыкнул Рэй в бороду. Роза обернулась к нему:
– Будет чего. Мне нужен один из солдат для охраны и белая тряпка. Есть что-нибудь белое?
– Дак это… Найдём. А зачем?
– Пойду к их главному договариваться.
Рэй нахмурился так, что волосы с бородой встопорщились вперёд, как озлобленные ежи:
– Эт что, замок сдавать надумали, лисса? Отец ваш никогда бы…
– Где он? – перебила его Роза.
– Дак это… Схоронили уж лет эдак… семь, что ли.
– Значит, его здесь нет. Вопрос закрыт. Я пойду обговаривать условия сдачи замка.
Она и сама удивилась, каким твёрдым оказался голос. Прав был Эло. Роза приняла решение, ещё когда увидела голодающих крестьян и больных детей. Там посмотрим, что дальше. Проблемы надо решать по мере их поступления.
Рэй спускался впереди, качая головой и бурча в бороду. Недоволен. Ну а что поделать? Люди всегда недовольны, когда политика партии меняется на сто восемьдесят градусов. Но привыкают, приспосабливаются. Вот Роза приспосабливалась. И эти поймут. Попозже, не сразу…
За Розой шёл старший из мальчишек, Вильом. На его лице застыла маска негодования, которое он не решался высказать лиссе в лицо. Ну, это в нём юношеский максимализм играет. Всё или ничего. Смерть с гордо поднятой головой, даже если это смерть от голода. Нет, милый, подумалось Розе, ты не помрёшь. Не допустит она смертей. Не для этого серый человечек её сюда забросил.
